Призраки безумия Мэрилин

Поэтому меня нередко обзывали «Мертвый Мерлин-волшебник» или «Смерть волшебника», но, учитывая обстоятельства, я втайне шутила: «Умирающий волшебник». Впрочем, как ни странно, это было связано не столько с моей болезнью, сколько с разочарованием в детской мечте. Я всегда мечтала стать волшебником, управлять стихиями и исполнять свои желания. Но это всего лишь сказки, а реальный мир невыносимо скучен. К тому же Мэрилин была персонажем историй, которые я писала, когда мне было грустно. Мэрилин воплощала мой идеал – смелая, бесстрашная волшебница, чья жизнь наполнена опасными приключениями.

Короче говоря, Мэрилин была моей полной противоположностью, которой мне не суждено было стать.

Вот бы найти щель в пространстве, чтобы вернуться в тянущее прошлое и вновь почувствовать себя счастливой, поверить в чудо и ждать, пока судьба не потянет тебя навстречу прекрасному будущему…

Последнюю сотню лет картины, музыку и художественные тексты пишет искусственный интеллект, но все книги повторяются, музыка написана в одном и том же жанре, а картины изображают непонятно что.

Ещё в детстве я устала от такого «искусства», которое раньше производило фурор, и деньги за картины получали не художники, а программисты. И я всю жизнь стремилась создать что-то своё, но у меня получалось ещё хуже, чем у бездушной машины. Тем не менее, многие люди как я создают что-то своё, ведь машины никогда не заменят индивидуальный авторский слог, пляски на сцене в ярких костюмах и красоту замершего во времени мазка краски.

Я снова посмотрела на свой рисунок. Мне хотелось плакать. Ещё одним из самых сокровенных желаний моего детства, как и у многих, была карьера певицы или участника известной музыкальной труппы.

У меня даже была своя команда. Мы могли часами лежать, наигрывая случайную последовательность аккордов на гитаре и представлять, как однажды мы уедем из города на бесконечное турне. Но из-за болезни петь я больше не могла и приходить на «репетиции» тоже. Членов этой группы я считала своими лучшими друзьями, но они меня ни разу не навестили после того, как сами выставили из-за болезни.

Сейчас я не знаю, написали они хоть одну собственную песню или всё так же занимаются ерундой, как раньше. В любом случае, мне уже всё равно, хотя когда-то это и было очень важно для меня.

Помимо предметов канцелярии я также собрала всю технику, которая поместилась в моём чемодане: телешет для игр, плеер и старый отцовский CD-ридер.