Ведьма на фрилансе. Заказ четвертый

- Уверена, Колобков твоего мнения не разделяет.

Из-за двери слышалась ругань и фанатичный голос местного домового, вещающего о непростой жизни настоящего художника.

Вообще Дормидонт Афанасьевич был в своём роде личностью уникальной. И благодаря этой уникальности за съём жилья мне даже платить ничего не пришлось, ограничились только коммунальными услугами. Но хозяин и этому был несказанно рад - за всё время владения ни одни квартиранты не задерживались у него дольше, чем на пару дней. И сам он жить с уникальным домовым не желал.

Зато мы с Дормидонтом Афанасьевичем очень быстро пришли к консенсусу. Заключался он в том, что я предоставляю ему целую комнату под мастерскую, покупаю всё необходимое, а он мучает нас своими картинами не чаще раза в полгода.

Чем были так страшны полотна даровитого домового? Нет, ничьи эстетические чувства они не ранили и смотрелись весьма симпатично. По манере письма так вообще чистый экспрессионизм.

Проблема была в том, что каждая картина несла в себе огромный эмоциональный заряд.

Посмотрел на такую и разом пережил всё, что художник испытывал за время написания. Скажу честно, испытание это не для слабонервных. Лично я больше пяти картин подряд посмотреть так и не смогла. Изенька вообще после первой же побежал за антидепрессантами. И только Гаврюша внимательно изучил всю коллекцию и выпросил разрешение навещать мастерскую великого художника раз в неделю. Но что с беса возьмёшь? Для них сильные эмоции, особенно отрицательные, сродни дурману.

В общем, Колобкову предстояло на своей шкуре ощутить талант местного домового.

А нечего по чужим квартирам шариться и лезть, куда не просят.

Немного послушав завывания следователя, я плюнула и тоже пошла на кухню. Пока магфицеры весь чай без меня не выдули.

***

- Готово! - посреди стола материализовался очень довольный собой бесёнок. - Двадцать девять минут и шестнадцать секунд.

В лапках Гаврюша сжимал свёрнутый в трубочку пергамент, хвостик обвивался вокруг здоровенного медового пряника.

- Тебя там ещё и покормили? - удивилась я, забирая бумагу.

Не сказать чтобы наши чиновники отличались добросердечием.

- Это откуп, чтобы поскорее ушёл, - с гордостью сообщил бес и с чувством собственного превосходства посмотрел на притихших магфицеров. - Эх, совсем у вас тут все расслабились. Собственных правил и тех не знают. Пока был, тринадцать нарушений нашёл и восемь жалоб написал. У начальника дважды был, а на третий этот эмоционально неустойчивый тип попытался выпрыгнуть в окно.