Закон треснувшего корешка

Я готова провалиться сквозь землю из-за непроницаемых взглядов Агаты и Эрика, но Берт быстро приходит на помощь.

Он с готовностью поднимается и кивает, улыбаясь. Я спешно шагаю за ним, чтобы поскорее избавиться от взглядов ребят.

У самого выхода Берт подает мне пальто, и мы выбираемся в коридоры, бесшумно ступая по мягкому ковру. К вечеру все разбредаются – в коридорах никого не встретить. Мы добираемся до холла, обычно заполненного учениками, но сейчас пустого. Среди нескольких одинаковых дверей одна явно выделяется – массивная и высокая, с двумя тяжелыми створками.

Мы проходим в нее и оказываемся на заднем дворе, за которым раскинулся сад.

Только начинающие зеленеть ветви тянутся из метровых каменных оград, которые создают причудливый лабиринт, расходясь от основной мощеной дорожки, и делят сад на укромные отсеки. Кусты сирени и гортензий колышут голыми ветвями, местами обрастая молодыми листиками. Огороженные клумбы еще не усеяны цветами. Небольшие каменные фонтаны пока не работают, но уже совсем скоро заполнятся шумными брызгами.

Каблучки ботинок цокают по мощеной широкой дорожке, пока Берт ведет меня по аллее с аккуратно постриженными липами.

Небо над головой нежно-розовое, завораживающее, и в воздухе пахнет набухающими почками, прошлогодней листвой и прелой землей.

Я бы бродила здесь часами, но позвала Берта совсем не за этим.

Остановившись возле скамьи с литой спинкой, аккуратно опускаюсь на самый край, царапнув рукава пальто.

Несмотря на то, что Раде удалось вернуть мне доступ к семейным счетам и я смогла обзавестись своей одеждой, избавляться от пальто я не спешу. Это чуть ли не единственная вещь, оставшаяся от моей прежней жизни.

Берт опускается рядом и молчаливо закуривает, вглядываясь в бесконечный липовый коридор. Я подбираю слова, выискивая правильные формулировки, но только теряюсь в тишине, когда Берт все-таки спрашивает:

– Переживаешь из-за завтрашнего испытания?

Он все-таки начал разговор первым, и я воодушевленно отзываюсь, не успев осмыслить ответ:

– Нет.

Да. То есть, наверное…

Честно говоря, я и сама не знаю. Волнение иногда проскальзывает, назойливой иголочкой покалывая в области затылка, но панического ужаса, неотступно преследующего меня во время всех экзаменов, и в помине нет. Я не напрашивалась на все эти испытания. А, может, после всего случившегося какая-то академическая проверка и не воспринимается всерьез.