Питомец из пробирки

Я выспрашивала Сашку об экспериментах, проводимых в лаборатории профессора, но парень давал неоднозначные, туманные ответы. Вот кому точно подошла бы фамилия Туманкин.

Не сумев добыть нужную информацию, я махнула на студента рукой. Кто знает, что они там подписывают в лаборатории, чтобы сохранить тайну своих экспериментов. Может быть, развязав парню язык, я подставлю его еще сильнее. Он и так из-за меня готов нарушить правила академии, проведя постороннего в библиотеку учебного заведения. Да и Сладкоежку я действительно у себя укрываю, за что Сашка оказался на волосок от отчисления.

Но, надеюсь, завтра все удастся исправить. Мы с парнем найдем в библиотечных книгах академии информацию, что Сашка создал мирное существо, не опасное для общества, а не кровожадную тварь, как считает профессор и все остальные участники экспериментов. Тогда Сашка Лисичкин будет оправдан и возобновит учебу в академии Сверхъестественного, а Сладкоежка признан не опасным для общества, добрым существом. Я получу разрешение на его содержание, и все будут довольны.

Пока мы шли по темным улицам города, я мечтала о хеппи-энде этой невероятной истории с питомцем. Сашка что-то рассказывал о химикатах, но я слушала в пол уха, потому что ничего в этом не понимала. Когда до нашего двора оставалось миновать пару домов, мой спутник резко остановился и схватил меня за руку.

– Что?! – удивленно воскликнула я, останавливаясь.

– Тихо! – шепотом сказал Сашка и потянул меня назад.

– Да что случилось, не пойму! – начала возмущаться я, но неожиданно студент притянул меня к себе и зажал рот холодной ладонью.

Я затрепыхалась, словно пойманная в силки рыба, но на вид тощий Сашка Лисичкин на деле оказался в разы сильнее меня.

– Тихо! – шепотом повторил он мне на ухо. – Там за гаражами кто-то есть!

Я в ужасе вытаращила глаза и замерла.

Сашка потащил меня назад, стараясь ступать осторожно и бесшумно.

Я до сих пор не понимала, чего так испугался парень, ведь ничего необычного не заметила. Двор как двор! Гаражи как гаражи! Одинокий фонарь, мигающий вдалеке, да практически мертвая тишина.

Все как обычно. Но инстинкт самосохранения буквально кричал «Спасайся!» Да и страх передался от Сашки. Я ощущала спиной, которой прижималась к крепкому телу парня, как громко бьется его сердце.

Мы пятились, словно два диких зверя. Только вот мы были вовсе не хищниками, а двумя растерянными газелями, угодившими на чью-то охоту. В подтверждение моих мыслей за гаражами раздалось громкое чавканье.