Полуночная ведьма

Каждый из них — кроме людей вроде Клио, ненавидящих фальшь — играл свои роли.

Превратившись в чернокрылую птицу, Бадб исчезла.

Морриган прошлась по особняку, не представляя, чем себя занять. С адгерентами Дома О`Флаэрти — Ганджу, Саманьей, Аситу и пропадающей где-то Адой — сблизиться она не успела. Были дела поважней. Да и, признаться, не слишком-то к этому стремилась. Клио, как и ее голубка, спала — набирались сил после путешествия к лесным ведьмам.

Оглядевшись по сторонам, Морриган убедилась, что Дэмьена поблизости нет.

Ушел, видимо, по своим отступническим — или берсеркерским — делам. Доминик после чая, как обычно, закрылся в комнате, куда никого никогда (замечено неоднократно) не пускал. Приглушив шаги, Морриган прокралась к дверям библиотеки Дома О`Флаэрти. Скользнула внутрь и после недолгих поисков нашла то, что искала: пухлый том «Истории Ирландии: от древних времен до наших дней». Устроиться решила прямо здесь, в глубоком кожаном кресле между высокими, до потолка, стеллажами. Перекинула ноги через мягкий подлокотник кресла, раскрыла книгу на первой странице и погрузилась в чтение.

Хватило ее ненадолго. То ли сказалась усталость (после выматывающего обряда Морриган так и не поспала), то ли усыпило академически-выверенное, монотонное, невыразимо скучное повествование, но она сама не заметила, как задремала.

Разбудило ее деликатное покашливание. Распахнув глаза, Морриган мрачно воззрилась на Дэмьена. Берсерк был серьезен, но в его глазах мелькали лукавые искорки. Она готовилась к откровенным насмешкам — либо по поводу выбора книги для чтения, либо насчет того, что уснула с ней в руках.

Однако их, что странно, не последовало.

На какое-то время затерявшись среди стеллажей, Дэмьен вернулся с другим томиком, потоньше. На красочной обложке значилось «Хроники туата де даннан».

— Почитай эту. Она… м-м-м… поинтересней.

«Полегче, хотел сказать?»

— От «Истории» точно уснешь.

— Уже, — буркнула Морриган.

Неожиданно оба рассмеялись. Смех, обернувшись неловкостью, затих, но книгу она все же взяла.

Скользила глазами по строчкам, едва понимая, что читает — отвлекало присутствие Дэмьена. Украдкой взглянула на него из-под опущенных ресниц. Стоя у окна, берсерк наблюдал за Пропастью.

— О чем думаешь? — заложив книгу пальцем, негромко спросила она.

— Гадаю, как скоро в Пропасть вернется хаос. Агнес Фитцджеральд держала город в ежовых рукавицах. Она была не первой, кто пытался придать царящей в Пропасти анархии подобие порядка. Но первой, кому это удалось.