Ржавчина

А, да, нужно будет потом оба автомата ещё раз проверить. Вдруг правда что-то из мелких деталек решат прикарманить или случайно затеряют. Автоматы, конечно, учебные, но Стэн и за учебные голову открутит, невзирая на давнюю дружбу.

В общем, вывалиться из школы мы смогли только через час, когда все желающие уже натискались с воронёным железом всласть. Ещё минут пятнадцать пришлось вежливо отказываться от чаепития в директорском кабинете.

Асфальтированный двор встретил нас идеальной чистотой — опавшие листья аккуратно сметены в кучи на газонах — и тишиной.

После встречи школьников вновь загнали на уроки. Правда, боюсь, им теперь учёба в головы не полезет. Мне бы точно не полезла в их возрасте.

— О чем задумался? — Рин пристроила на плечо сумку, а я пожалел, что ничем не могу ей помочь. Скорее бы кости окончательно срослись.

— О детстве. — Я поднял здоровую руку и кончиками пальцев ухватил одинокий кленовый лист, отделившийся от ветки. — И о детях. Ты спросила, как зовут парня, который про кошку рассказал?

— Да.

— Рин вытащила из кармана старенький блокнот. — И даже записала.

— Надо будет Стэну передать, пусть возьмёт на заметку.

Рин

Получать письма — давно забытое удовольствие. Обычно почту, предназначенную чистильщикам, забирают ещё на Базе, но сейчас, пока мы в отпуске, кто-то не поленился донести письмо до нашего почтового ящика. Сначала я с удивлением воззрилась на обратный адрес, размышляя, кто мог писать мне из Столицы, но потом разглядела фамилию профессора Гаэнара, которому несколько недель назад отсылала собранные материалы.

Конверт оказался неожиданно толстым — трактат там, что ли? Я поднялась обратно в квартиру, аккуратно вскрыла письмо и развернула сложенные вчетверо желтоватые листки.

«Здравствуйте, Рин! — писал профессор. — Я колебался между обращениями „дорогая“ и „уважаемая“, но первое показалось мне слишком фамильярным, а второе — слишком официальным. Прежде всего я хотел бы поблагодарить вас за собранные данные. Далеко не все мои студенты были столь аккуратны и внимательны, а ведь им не приходилось совмещать исследования со сложной и опасной работой.

На этом стоило бы откланяться и не надоедать вам больше, но мне очень хочется поделиться с вами одной теорией. В молодости я слишком уж упирал на естественные науки, считая литературу и искусство уделом богемы, и теперь горько в этом раскаиваюсь, потому как фольклор представляет собой интереснейшую тему для исследований. Возможно, меня к этому подтолкнула Ржавчина.