Ржавчина

Чёрные глаза-пуговицы. Собака. Может, поросёнок. Хотя нет, пятачка нет. Но ярко-красная собака — это тоже странно.

— Бросили тебя, подруга? — спросила Рин у игрушки и усадила её в изголовье импровизированной постели.

Вой. Теперь уже совсем близко, во дворе.

— Ложись.

Рин легла к стене, как дома.

— Вряд ли мы уснём.

— Ты всё же попробуй.

— Не забудь разбудить меня, когда придёт моё время караулить.

— Не забуду. Спи.

Ночь, бесконечно долгая и бессонная. Снаружи подозрительно тихо.

Я осторожно прокрался к окну.

Вжался в стену, словно опасался выстрела с улицы. Волки никуда не ушли. Пять или шесть сидели под окном, неотрывно глядя на дом, неподвижные, как изваяния.

Полоснуть бы очередью, уж больно соблазнительные мишени, но пули их берут с большим трудом.

Всё это выглядит странно: баррикадировать дверь, ночуя в покинутом доме, спать по очереди и твердить старые заговоры.

Но сам мир вокруг — странен.

Я вернулся в комнату и сел на матрас рядом со спящей Рин. Ну вот, любимая девушка под боком, а обниматься приходится с автоматом.

Утро встретило нас серым светом и ломким льдом на месте выбоин в асфальте. Волки ушли. Мы долго не верили, держали двор под прицелом и готовились при любом намёке на опасность юркнуть обратно в подъезд.

Но нет, и вправду ушли. Отправились за другой добычей? Их нелегко сбить со следа.

— Дэй, смотри! — Рин дёрнула меня за рукав, показывая на дом. Я обернулся.

На подоконнике за грязным стеклом первого этажа сидела красная мягкая игрушка. Большая голова и висячие уши.

Первого, демоны бы его взяли, этажа!

Аргументы вроде «у кого-то могла быть такая же» не принимаются.

— Спасибо, — внезапно севшим голосом пробормотал я. Потому что за крышу над головой и спокойный сон полагается благодарить.

Рин

К месту встречи мы вышли на несколько часов позже и совсем с другой стороны. Водитель уже собирался бить тревогу.

— Где ж вас так долго носило? — повторял он, открывая багажник, чтобы мы смогли погрузить рюкзаки. — Лихо, небось, было?

— Не спрашивайте.

— При воспоминании о кладбище машин Дэя явно передёрнуло. — Впечатлений — на всю оставшуюся жизнь, даже если постараться пожить подольше.

— Тогда поехали. — Мужчина уселся за руль и запоздало поинтересовался: — Чаю хотите, отмороженная команда?

— Конечно!

Горячий термос и травяной чай, налитый в стаканчик-крышку. Как мало, оказывается, нужно для счастья тому, кто только что выбрался с неисследованной территории. Ну, ещё душ был бы неплох в качестве дополнения.