Магджи (Toм II)

Через Заставу за прошедший год стал проходить просто колоссальный объем товаров. Китайцы даже получили разрешение построить небоскреб, под свои нужды. По сути мы им ЧЕРТОВСКИ нужны. Нам уже поступали предложения стать частью Китая. Особо пытались сманить производителя портключей, то бишь меня.

Многие наши ученики, которые только выпустились или наоборот поступят, уже устроились на этом потоке, гоняя грузы во все стороны и страны. Несомненный плюс наших услуг — это почти моментальная доставка и отсутствие необходимости устраивать военные конвои.

Причем грузопоток только растет.

Официально я лишь преподаватель в академии и глава счетной палаты на Заставе. Неофициально же... я присел на всех этих потоках, немного фигея от того, какие цифры сейчас крутятся вокруг. Моей валютой расплачиваются уже по всему миру. Причем, как криптовалютой, так и золотыми монетами. Мне даже пришлось открыть монетный двор, один я уже не вытягивал...

Честно говоря, это все меня немного пугает. Слишком много интересов вокруг, слишком много бабла.

Но и отказаться от этого всего уже не получится, система с портключами уже работает и без меня. Причем, поскольку ключи принадлежат именно мне... даже здесь без меня не обойтись. Меня уже в шутку некоторые стали называть золотым колдуном.

От всех этих новостей на улицу я выхожу только под иллюзией. Мне так спокойнее. Чем меньше людей знает меня в лицо, чем меньше обо мне вообще известно, тем меньше шансов, что меня попытаются убить. В отличие от Феи, я не рассчитываю на людскую благодарность.

Если я вновь подставлюсь, то найдутся те, кто с радостью ударят мне ножом в спину. Только в башне я чувствую себя полностью спокойным.

Как же меня все это бесит...

— Любимый, ты опять дымишь, — с улыбкой отвлекает от мрачных мыслей Фея.

— Прости, просто задумался о работе, — одним глотком допив кофе в кружке. — Только ты и спасешь, — с любовью киваю жене.

— Какие-то проблемы? — осторожно она уточняет. — Я могу помочь?

— Ерунда, — устало отмахиваясь.

— Ничего такого, что могло бы испортить наш ужин.

Сам же подумав, что сделать с Единым я сейчас ничего не смогу. Не объявлять же Центральной России войну. Вот только такой подарок я этому глисту не подарю, нет, пусть сначала попробует пробиться через нашу границу, я немало «сюрпризов» оставил тем, кто попытается нарушить наш покой...

***

— Вашя лапша, — произнес пожилой китаец, поставив передо мной дымящуюся тарелку.