Ведьма в огне

Вдруг он заявится, пока она нежится в постели или, что хуже, принимает душ.

Чайник вскипел, и Марина, поднявшись, пошла на кухню заваривать кофе и разогревать вчерашние чебуреки, купленные по пути.

***

Начинался снегопад. Сначала кружили редкие снежинки. Медленно, словно балерины в старинных шкатулках. Но с каждой минутой их становилось всё больше. Маринка открыла салон, отключила сигнализацию и вошла в помещение, радуясь, что не осталась отсыпаться в гостях. Ведь иначе непременно бы попала в самый пик, когда на дорогах пробки.

От тепла снег на куртке и шапке растаял. Девушка встряхнула одежду, чтобы к обеду не выяснилось, что придется идти в мокром, повесила в кладовке и приготовилась к долгому скучному утру. Ведь запись у нее начиналась только с одиннадцати, а остальные девчонки так и вовсе раньше двенадцати не появятся. Девушка с тоской посмотрела на тумбу с чайником. Утренний кофе всё ещё плескался в желудке и больше пить не хотелось.

Но вдруг входная дверь распахнулась, и в салон, окутанная снежными вихрями, вошла девушка.

- Ой, простите, я без записи. Вы не сможете меня принять? Ещё раз простите, что так вломилась, - рассыпалась она в извинениях.

Марина моргнула, как фарфоровая кукла.

- Не сможете, да? – повторила незнакомка.

- Смогу, проходите пока, раздевайтесь. Чай? Кофе?

- Нет, спасибо.

- Тогда присаживайтесь, мне нужно подготовить рабочее место.

Маринка поспешила поставить на место валик, положить силиконовый коврик, включить лампу.

- Сама не знаю, почему к вам завернула, - говорила девушка, заполняя неловкую тишину.

– В жизни столько проблем навалилось, захотелось как-то поднять себе настроение.

- Ммм, - промычала Маринка, показывая, что слушает, пока достает палитру и обеззараживающую жидкость.

- Последнее время стало совсем невыносимо. Дома какой-то кошмар. Я-то ладно, взрослая. Почти не бываю там, а вот брату достается. Но и забрать не могу. Мачеха с катушек слетела, пьет, дома не ночует, на Сёмку руку поднимает. Братишка её родной сын.

Она за моего отца замуж вышла десять лет назад. Я сама была школьницей.

Марина наконец устроилась в кресле.

- Давайте руки, - попросила она.

- Ой, я же не представилась даже. Меня зовут Ника. Вы не подумайте, что у нас семья какая-то маргинальная. Раньше всё было хорошо. Родители любили друг друга и нас. Это в последний год только твориться стало.

Маринка сбрызнула руки клиентки антисептиком.

- Длину оставляем? Форму какую?

- Ой, убирайте всё под корень.