Не ловите мух...

«В ином случае» – это если бы ее подругу хоть сколько-нибудь волновали терзания и переживания Полли, или если бы она не была черствой, ехидной злюкой. Подруга родилась и выросла в Габене – чего же удивляться ее несносному характеру. Непоколебимая, жестокая, никто не мог ее обидеть или задеть, у них с Полли было мало общего – более непохожих людей еще попробуй вообрази, и все же…

Все же у нее никогда вдруг не возникало «неотложных дел», она появлялась по первому зову Полли, хоть и всегда ненадолго опаздывала. Это были довольно странные отношения: они никогда не разговаривали, более того даже не встречались – Полли выпивала свой кофе, не дожидаясь, пока подруга придет, оставляла вторую чашку и уходила…

Вот и сейчас она, поставив поднос на столик, взяла свою чашку и сделала глоток.

Нестерпимо горький кофе постепенно вытравливал страхи. Еще глоток – сомнения тают, как масло на раскаленной сковороде. Еще парочка – и исчезают ненужные эмоции.

Поставив пустую чашку на прикроватную тумбочку, она положила рядом карманные часы, откинула крышку и отжала на них кнопку.

После чего подошла к кровати и расстегнула пуговки на костюмном чехле. А затем начала снимать платье…

Меньше, чем через пять минут женщина, которая совсем не походила на Полли, вдела ремешок под подбородком в пряжку и застегнула кожаный летный шлем. На ней уже были черная куртка с меховым воротником, какие носят пилоты, и черные облегающие ноги штаны, заправленные в высокие сапоги. На бедрах были закреплены две кобуры: в одной покоился гарпунный пистолет, в другой – едва ли не самое страшное оружие во всем городе – «Москит», стреляющий ампулами с раствором, действие которого вызывало ужас у различного отребья из-под подкладки Габена.

Она надела перчатки, а следом на спину кофр-ранец, затянула лямки и два поперечных ремня.

Часы зазвонили. Женщина в черном выключила и спрятала их в карман, а затем взяла чашку с кофе и подошла к окну. Щеколда со скрипом выползла из паза, створки распахнулись – холодный осенний ветер тут же занес в номер сорванные с деревьев листья.

Глядя на подсвеченную огнями фонарей Чемоданную площадь, женщина в черном пригубила чуть остывший, но не менее жгучий кофе. Впереди ее ждало страшное место, которое было намного хуже меблированных комнат, – место, о котором в городе предпочитают лишний раз не говорить и не задумываться. Чего там – она сама посещала его лишь однажды, да и то как могла старалась забыть то, что в его стенах произошло.

След таинственного «Г.Г.