Не ловите мух...

– Эй! Пустите, мистер Трилби! Пустите! Бегу же! Бегу!

– Куда бежишь?

– Мистер Петтерс послал… он еще не написал ни словечка про Муху! У нас нет передовицы! Говорят, что эти хмыри из «Габенской Крысы» что-то накопали. Нужно хоть что-то отыскать, пока шеф не прознал!

– Его важнейшество на месте?!

– Ну да! Вас ищет! Негодует! А вы где были?

Бенни самодовольно улыбнулся.

– Писал передовицу.

Мальчишка округлил глаза.

– Что?!

– А ты думал, почему я – лучшая пиранья пера в этой дыре? У меня уже есть передовица.

Старичье Петтерс может снова впадать в свою спячку.

– Вы не лучшая пиранья, мистер Трилби, – дерзко сказал Шилли. – Лучшая пиранья – мистер Петтерс. Ведь не случайно он – ведущий репортер «Сплетни».

– Что ты сказал?! Повтори, сопляк носатый!

Но мальчишка повторять не стал. Показав Бенни язык, он вывернулся из его руки и бросился прочь.

Хлопнула входная дверь, и мальчишка скрылся из виду.

Бенни хмыкнул. Пусть бежит – ничего ему разнюхать не удастся. Да и если бы удалось, какой в этом толк, когда замечательная передовица уже здесь, в этой вот самой сумке?

Настроение улучшилось.

Бенни уже и думать забыл о своих злоключениях. Статья… она взбаламутит этот сонный городишко. Еще бы, ведь в ней он намекает на дальнейшие планы Мухи. Подумать только: Муха планирует ограбление «Ригсберг-банка»! И неважно, что Бенни сам это придумал – новость-то, какова новость!

Весьма довольный собой, Бенни двинулся вверх по лестнице. Предаваясь приятным размышлениям о том, как представит статью, как услышит от шефа «В номер! Срочно в номер!», а потом позволит себе неплохой обед в «У Мо», немного поспит за столом и продолжит клеить сюжетец о Мухе, он преодолевал знакомые стертые ступени, едва не пританцовывая.

Никаких треволнений в душе Бенни Трилби не осталось. Губы расцвели в улыбке, на лице проступил румянец, а пальцы затрепетали в предвкушении.

«Нужно не забыть исколоть остроумными шпильками этих невежд Хатчинса и Уиггинса.

Они ведь изойдут от зависти, когда я снова попаду на передовицу, а их жалкие сюжеты о каких-то скучных занудностях отправятся на третью или даже пятую страницу!»

Жизнь снова была прекрасной. Тучи рассеялись…

Бенни вошел в сердце редакции, печатный зал, где творили свои статейные, или, скорее, первостатейные чудеса «сплетники». Зал был заполнен перестуком клавиш. В воздухе висели облачка дыма от папиреток, пахло горьким кофе, дешевым джином и чернилами.