Трагичное предание на Хэллоуин

Но к его глубокому несчастью, отказать ей в помощи он не мог.

— Идти – не идти, идти – не идти, — водя по выступающим линиям спинки кровати, гадал Монбери. Но к несчастью привидения, гадание завершилось четной дорожкой. Словно по родительскому заговору.

Бегло глянув на часы, Монбери суетливо натянул на себя накидку. Нет, он бы просто не смог спокойно спать, не удостоверившись в правдивости записки. Если есть хоть малейший шанс встретиться в лесу с Эдди, он должен сделать все возможное, чтобы встретиться с ним. Другого пути нет.

Раздвинув шторы, Монбери с ужасом обнаружил решетку на окнах. Что за черт! Он готов был поклясться, что еще вчера ее здесь не было! Впрочем, как и охраны за дверью его комнаты.

— Думай, думай, Монбери! — нервно зашептало привидение.

Под каким предлогом сбежать? Выйти из комнаты он еще сумеет, но как же быть с воротами снаружи? Стража ни за что не выпустит его из замка! Разве только...

Внизу замка веяло прохладой. Серые стены, по обе стороны украшенные факелами, длинный деревянный стол и запотевшие окна придавали гостевой замка более уютный вид, чем обычно.

В самом дальнем углу гостевой стояла свежая ель, а чуть поодаль от нее кресло-качалка.

Закончив накрывать на стол, уже привычная взгляду Монбери служанка Молли, удалилась. За столом остались трое: граф Дорингтон, графиня и старшее привидение, кого Монбери за много лет уже привык считать частью его крошечной семьи – мисс Лонерли, заведующая хоз. частью замка.

— Отчего Монбери целый день не спускается вниз? — с легким интересом спросила Лонерли.

— Краем уха я слышала, будто вчера что-то случилось. Но было так поздно, так что я просто не придала этому значения.

Старшее привидение вопросительно взглянуло в сторону графини, но та продолжила молчать, словно не услышала вопроса.

— Прошу простить, если я ненароком влезла куда не следовало, — холодно процедила она, но внезапно поймала на себе взгляд графа.

— Монбери наказан за то, что без спросу убежал из замка. Он все еще дуется. В этом и кроется причина его отсутствия сегодня, — коротко объяснил граф.

— Спешу вас заверить, что уже завтра его обида пройдёт сама собой.

Довольная ответом, Лонерли согласно кивнула и вернулась к уже остывшему супу.

Вот и опять взгляду Монбери предстала нелицеприятная картина. Родительское тепло? Он мог лишь мечтать о нем! Наказание? Хоть в тысячный раз! Особенно за попытку доказать родителям насколько неправильны правила по которым они живут.

Но сейчас эти правила волновали его меньше всего.