Время ждёт

Всё началось сегодня вечером, двадцать девятого февраля. Я возвращался из консерватории, в которой, собственно, учусь. Шёл снег, видимость была не самая лучшая, поэтому я не придал значения, силуэту, движущемуся мне навстречу. Только когда он подошёл достаточно близко, чтобы схватить меня за руку, я почувствовал страх. Вместо кожи у него было словно тряпичное плотно, из которых шьют мешки для муки, а лицо состояло лишь из пары бездонных отверстий на уровне глаз. А потом, я взглянул на кисть своей правой руки, зажатой у него в кулаке.

То, что я ощущал в тот момент можно было бы назвать ужасом, но разве это жалкое слово из четырех букв, может передать то чувство, которое ты испытываешь, видя, как твои пальцы, которыми ты пятнадцать минут назад играл на пианино, такие прямые, длинные и красивые, словно свеча, тают, меняют форму, плавятся. Кожа сливается, будто воск, а кости деформируются.

А потом он отпустил меня. Вернее, отшвырнул, как бросают кость, обглодав с неё мясо, и двинулся дальше.

Я смотрел на то, что теперь нельзя было назвать рукой – бесформенные пальцы, растущие на куске мяса. Где-то глубоко в сознании, возникли мысли – а что дальше? Как же моя учёба? Как я теперь смогу писать? Наконец, как на это отреагирует мать, когда на её пороге появится калека, утверждающий, что он её сын?

Из этого состояния меня вывел чей-то голос. Я обратил свое внимание на девушку, не старше двадцати лет, что склонилась надо мной. Её наспех обрезанные волосы трепала вьюга.

Она криво улыбнулась, и мне показалось, что она сумасшедшая, – слишком широкая улыбка для всей этой ситуации. А может, это уже я был сумасшедшим.

– Очнулся, – довольно сказала она хриплым голосом, – я уж думала, придется для тебя за нашатырём бежать. Ты должен прийти в себя. Атаки ксенобитов сопровождаются сильными шоком, что неудивительно, в случае с тобой. Как же он, гад, разросся…

Последние слова она процедила сквозь зубы, всматриваясь куда-то во тьму зимнего вечера.

Я проследил за её взглядом, но никого не увидел.

Резким движением рук, она дёрнула меня за воротник, помогая встать. Когда я, шатаясь, поднялся на ноги, она сказала:

– Слушай меня внимательно! У меня нет времени на возню, поэтому, если ты всё ещё желаешь сохранить возможность мастурбации правой рукой, помоги мне поймать это чудовище! Есть вероятность, что ты погибнешь, но ты, главное, не думай об этом.