Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

Дерево у надгробия выглядело очень необычно. Чёрно-фиолетовый ствол толстыми корнями впивался в землю. Глубоко морщинистая кора была словно обсыпана блестящей пудрой и точечно искрилась по всей своей поверхности. На ветках висели длинные и узкие сухие листья, закрученные по спирали будто рожки для мороженого. Они легко колыхались на ветру и их шуршание больше всего походило на шушукающийся многоголосый шёпот.

Очередной сильный порыв ветра сорвал с дерева пару увядших листьев и они, кружась в воздухе как маленькие ураганчики, унеслись куда-то вдаль.

Цветки гнилосветиков тоже еле заколыхались, а надгробная плита словно ожила в недолгих переливах света и тени.

Марк сделал ещё один шаг вперёд и тут гнилосветики погасли, закрываясь в бутоны и медленно уходя под землю, будто их и не было вовсе.

Марк оглянулся назад — но и там уже не было никаких цветов. Лишь чёрная рыхлая кладбищенская земля, истоптанная тысячами похоронных процессий.

— Они исчезли, — поразился Марк. — Цветы! Эти гнилосветики… Их больше нет!

Дарин вытянул из кармана смартфон и осветил фонариком землю.

Но кроме белёсого, низко ползущего тумана, там ничего не оказалось.

— Похоже, автоматика, — решил он. — Реагируют на движение и гаснут через какое-то время, уползая вниз. Электронный аттракцион. Что там за могила? Отвечаю, посвящена какой-то местной знаменитости! Иначе бы не стали так заморачиваться для туристов.

Но в темноте Марк не мог разглядеть, что написано на надгробии. А рядом не было горящих свечей. В этой части кладбища вообще было мрачно и неуютно.

Место казалось давно заброшенным и неухоженным.

— Подсвети, а то я ничего не вижу, — попросил Марк.

Дарин поднёс смартфон к стрельчатой фигурной плите, и они увидели на заросшем мхом, потрескавшемся от времени камне, имя — Катарина Лихова. Сразу под ним мягкими, округлыми буквами, были выщерблены две строки:

Познав все горести земли,

На небе счастье обрети.

Даты рождения и смерти полностью отсутствовали. Было лишь цветочное оформление каймой, где вверху располагалась выпуклая бабочка с расправленными крыльями.

Узор на них больше всего напоминал очертания черепа, а тельце походило на гроб. В самом низу плиты, почти у земли, искусно вылепленное круглое лукошко было заполнено каменными цветами.

Марк и сам не заметил, как прочитав имя, обхватил медальон.

— Твою маму ведь звали… — неуверенно вспоминал Дарин.

— Катарина, — уточнил Марк. — Но видишь, это Лихова. А не Мракович… Хотя, вдруг это фамилия до замужества?..