Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

Ксенофонт снова посмотрел на Марка и тот почувствовал приятную прохладу в области груди. Он обхватил рукой свой медальон и ему стало неловко, насколько это резко и непроизвольно произошло. И какое пристальное внимание мужчины привлекло в итоге.

Прохлада куда-то моментально исчезла, а сам медальон на ощупь оказался вполне привычным — не ледяным, но и не раскалённым.

— Вы так самобытны, что я бы вас, несомненно, запомнил, — уверенно произнёс Ксенофонт. — Но что-то ничего не припоминается… А вот ощущение знакомства не утихает, а напротив, становится всё более настойчивым.

Марк испытывал ровно то же, но не знал, как это описать. Да и смог бы он сказать лучше, чем этот странноватый мужчина, неведомым образом располагающий к себе.

Ксенофонт так и продолжал молча стоять и смотреть на Марка, но это не вызывало ни малейшего отторжения. Даже наоборот, складывалось впечатление, будто встретились два давних знакомых, которые не видели друг друга очень много лет.

Глаза у мужчины были насыщенно-синего цвета, с пышными завитыми ресницами, без тени морщин на уголках.

Но, несмотря на его относительно молодой возраст — едва ли ему было больше сорока — взгляд его был мудрым и пронзительным.

— Вы тогда извините за беспокойство, но нам уже пора, — аккуратно перебил Виктор, приобняв Марка за плечо. — Нам нужно ещё добраться до Тыквенной Теснины, пока вечерние туманы окончательно не сгустились.

— Понимаю. Что ж, не смею вас больше задерживать… Впрочем, позвольте отнять у вас ещё немного времени! — Ксенофонт повернулся к Максимильяну и что-то негромко ему сказал.

Подмастерье отошёл к одной из витрин, а затем вернулся и дал ему в руки небольшой мешочек, с которым Ксенофонт подошёл к троице. — Чтобы как-то скрасить ваши впечатления, прошу принять в дар это средство.

— Что это? — напрягся Виктор.

— Помрачающая Пыль. Сбор определённых трав, высушенных и истолчённых. Стоит лишь бросить щепотку такой пыли в вашего врага, или недруга, и у него на короткое время помрачится рассудок.

— Помрачится? — Марк даже забеспокоился.

— Насколько сильно?

— Слегка, не переживайте. Никаких дурных последствий от этого не будет. Пыль всего лишь нагоняет страху, вырисовывая воображением то, чего не существует на самом деле. Эффект длится совсем недолго, но этого времени вполне достаточно, чтобы обратить его в свою пользу. Уже довольно поздно, а в наших краях тёмное время суток особенно неспокойно… Так что… Кто знает, когда и где вам может пригодиться данное средство.