Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

Огромная фигура громилы исчезла без следа, будто его и не было вовсе. Лишь борода, нос и лохмотья плаща валялись беспорядочно на полу.

— Так, так… Вот не надо мне тут приключений, — заявил Дарин, дрогнувшим голосом. — Что с тобой, Марк? Э-э-й! Я твоей бабушке обещал, что всё будет в поряде!

Он схватил Марка в охапку и усадил возле Карлоффа, которого выпустил из клетки. Ворон тут же уселся под боком у хозяина, прижавшись и уткнувшись клювом.

— Медальон, — еле слышно выдавил из себя Марк. — Горит… не могу.

Дарин дотронулся до медальона, недоумённо посмотрел на друга, а затем приложил ладонь ко лбу.

— С медальоном-то всё нормально… А вот у тебя, кажись, жар. Ты что, заболел? Надо тебе чего-нибудь выпить. Щас купим лимонад.

Дарин вышел из купе к тележке со сладостями.

— А где торговец? — спросил он, оглядывая коридор. — Ты видел, куда он ушёл?

Марк с трудом соображал и лишь отрицательно покачал головой. У него было непередаваемое ощущение внезапно нахлынувшей усталости.

— Нормально так поездочка начинается, ничего не скажешь… Ладно, придёт, заплатим, — решил Дарин и взял снизу ближайшую бутылку газированного лимонада.

— Ты слышал? — спросил Марк. — Этот рёв…

— Да, меня тоже пугают паровозные гудки.

— Гудки? — Марка удивило, что Дарин ведёт себя так спокойно, будто он не слышал и не видел, что происходило мгновение назад. — Он так истошно орал…

— А, ты про Карлоффа… Да, я сам не знаю, в чём дело. Внезапно начал и тут же успокоился. Наверное, тоже испугался гудка. Вот, глотни, легче станет.

— Откупорив с лёгкостью пробку, Дарин протянул шипящий красный напиток другу. — Вишнёвая газировка, прям как ты любишь.

Марк не стал задавать больше никаких вопросов, но от этого у него их становилось ещё больше. И только он взял в руки запотевшую вытянутую бутылку, как в купе влетел Виктор.

— Что у вас тут случилось? — спросил он, остановившись в проёме, запыхавшись.

— Ну… — произнёс Дарин, подбирая слова. — Марк себя дерьмово чувствует, кажись.

Где-то вдали послышался возглас:

— Кто-нибудь видел мою… О, а вот и она! Какой-то паршивец укатил тележку, стоило только отвернуться.

Весь поезд пришлось оббегать. Тут хотя бы всё на месте? Негодяи, разбросали бороду, носы… Чтоб горгульям подавиться! Хоть не попортили ничего, спасибо и на том.

— Марк, тебе плохо? — обеспокоенно спросил Виктор, подойдя и склонившись над ним. Затем он приложил свою холодную ладонь к его лбу. — Я ещё тоже… Не стоило вас оставлять одних… Извини.