Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

Могильщик провёл ночь в гостиной и, судя по измятой рубашке с закатанными рукавами и таким же брюкам, в итоге решил не раздеваться. Разве что снял тоненькую обветшалую курточку, аккуратно повесив её на спинку стула. Там же лежал и томик «Весёлых вампиров», который судя по переместившейся далеко вперёд закладке, Виктор читал на протяжении ночи.

В дверях стоял улыбчивый Анджей, одетый в новый пиджак и чёрные, но, как и прежде, клетчатые брюки. А за его спиной выглядывал уже знакомый метрдотель со столиком-тележкой, накрытым белоснежной скатертью до самого пола.

— Доброе утро, господа, — поздоровался куратор и пропустил вперёд бегающего глазками юношу. Видимо, после событий на кануне, он до сих пор не мог отойти и даже ещё больше ссутулился, увидев Виктора.

Марк подошёл ближе и прочитал на узкой золотой табличке метрдотеля выгравированное имя — «Шульц».

— Извините, если побеспокоили и рано разбудили, — произнёс Шульц. — Но сейчас уже самое время для завтрака! В качестве извинений от Гранд-отеля Драконикс за недоразумение этой ночью, наш шеф-повар приготовил для вас нечто особенное.

На столике стоял графин с тёмным бордовым соком, стальной дымящийся чайничек и когда Шульц поднял одну из трёх куполообразных полированных крышек, накрывающих блюда, перед Марком предстали пышные румяные сырники с небрежно разбросанными ягодами золотисто-оранжевого цвета, похожие на малину.

— Свежевыжатый терновый сок, горячий шоколад на каштановом молоке и сырники с болотной морошкой, — расплывшись в улыбке, произнёс метрдотель.

— Болотной? — вскинул брови Марк и удивлённо взглянул на Виктора. Тот стоял, скрестив руки и исподлобья наблюдая за хвалебной демонстрацией. Видимо, обида всё ещё не отпускала его.

— Именно! Благодаря топям она урождается намного слаще и имеет ярко выраженный вкус. Но, конечно, если вы предпочитаете другие ягоды, то мы можем…

— Нет-нет, всё хорошо.

Комната мгновенно заполнилась приятным творожным ароматом, и Марк понял, что он проголодался. И не только он. Шульц, глубоко вдохнув аппетитный запах, мечтательно закрыл глаза. По всему его виду было понятно, что он бы тоже с удовольствием отведал восхитительные лакомства.