Дело о нелегальных магописках

Всё образуется.

Мы вышли во двор, пробрались по расчищенной от снега, но всё равно скользкой тропке между полицейских машин, и длинноухий помахал рукой полицейскому средних лет, говорящему по рации.

– О, Феанорыч! – обрадовался тот. – Ну что, пора тебе возвращаться в отдел! Тут мы всех взяли, как ты и обещал – элитное оказалось местечко!

И я вспомнил, с каким мечтательным, безмятежным видом эльф то и дело поглядывал из-за своих цветущих зарослей на двери дамской консультации, из которых сейчас как раз выводили грузного мужчину со смутно знакомым лицом.

Мужчина на ходу застёгивал штаны. Варенька, смутившись, отвернулась. Я тоже отвернулся, досадуя на свою наивность. Скучно ему было сидеть дома после болезни, обманщику ушастому, как же…

– У меня для тебя новогодний подарок, – весело сказал полицейскому эльф. – Полностью раскрытое дело. Нелегальное производство наркотической магописи. Берёшь?

– А то ж! – полицейский фамильярно хлопнул длинноухого по плечу. – Спасибо, Феанорыч, ты настоящий друг! Этак мы с тобой и премию заработаем! Сейчас вызову тебе Димку, пусть займётся.

И мы с Варенькой в закутке возле лестницы рассказали долговязому молоденькому Димке историю с магописками, не упомянув ни словарь, ни драконов, а эльф пообещал, что сам сделает полный перевод и экспертизу текста.

– Важные шишки из Гильдии тут не замешаны, не надейся, – сказал он Димке. – Наш маг достаёт где-то лишние бланки, но с магоёмкими чернилами у него ничего не вышло – управляющая экономит то, что получает легально.

Видимо, она делала левые магописки сама, потом решила привлечь работников, но Арсений слишком много болтал, и она отдала работу Вареньке. Объёмы по-любому невелики, так что серьёзной крыши у этих товарищей нет. Так, самодеятельность.

Но приятель эльфа был согласен и на самодеятельность – тем более, что всё это дело оставалось только оформить. Так что мы вернулись в офис, а следом за нами вошёл полицейский Димка с парой сослуживцев и попросил всех не нервничать и оставаться на своих местах.

И Арсений немедленно спросил «А что случилось? Мы ни в чём не виноваты!», а Крокодиловна ничего спрашивать не стала. Всё поняла сразу.

*

Остаток дня мы провели в полицейском участке. Давали свидетельские показания –а я думал только о том, что в сумке у меня так и лежит абсолютно нелегальный словарь, из которого лезут светящиеся иллюзии. Но всё как-то обошлось.

Угрюмую Крокодиловну привезли в наручниках, в другой машине. Так же, в наручниках, доставили и мажонка.