Снежинка для Мороза

– Вы хотите убить человека просто так. Власть Ронана всегда была жестока, но никогда бездумна. Это чушь – убить человека из-за пары статуэток, в городе пойдет слух, что Ронан Ужасный выжил из ума.

Очередной клуб дыма кольцами полетел мне в лицо. Уголки губ Ронана чуть дрогнули в легкой усмешке.

– А Ронан к этому и не будет иметь отношения. Это все маленькая девчонка, которая не рассчитала свои силы, прокололась, ее заметили, и в порыве драки… ну, ты и сама все понимаешь.

Глаза слезились, но я продолжала в упор смотреть на своего хозяина.

– Это нужно не вам, – выплюнула я ему в лицо, – это нужно ей.

Ронан повернулся и посмотрел на жену, сидящую в кресле.

– Это мой новогодний подарок жене, – улыбнулся он. Если бы я не знала, кто он такой, поверила бы в искренность, с которой он смотрел на эту хрупкую, но жестокую женщину.

– Я не хочу, чтобы вы никого убивали, я покажу какие вещи нужно брать, но обещайте отпустить его.

– Твое желание не играет никакого значения.

Я и так возьму все, что мне нужно, ты там нужна для другого.

Я поняла, что спрашивать меня никто не будет, и шанса выбраться нет никакого. Повернула голову и посмотрела на подругу, она была белее полотна, стояла как вкопанная, нервно вцепившись в рукава куртки.

– Пошли, – Ронан махнул рукой, и Клаус подтолкнул меня к двери.

Я еще раз повернулась к Таре. Она все прочла в моем взгляде, только сильнее замотала головой, одними губами говоря: «Нет!». Но останавливаться я не собиралась.

Идти как корова на бойню – не в моем стиле. Едва дверь на улицу открылась, я рванулась вперед, Клаус от неожиданности не успел схватить меня. Вылетев через дверь, я увидела открытую калитку, через которую неспеша входил седой старик, и со всех сил бросилась к ней.

Резкая боль в спине сбила меня с шага, я сделала еще пару шагов, но ноги подкосились, и я упала на каменную дорожку, не в силах поднять головы. Цокот каблуков, и напротив моего лица замерли кожаные сапоги.

Ронан наклонился, и опустился передо мной на колени, занес руку и выдернул из моей спины нож.

– Я же предупреждал, – по-отечески сказал он и поправил прядь волос, свесившуюся на мое лицо. – Сама виновата.

– Как же так? Что же такое? – тихий голос старика становился все тише, будто выключили ручку приемника.

– Все хорошо, отец. Пройдите в дом, мы девочке поможем.

– Как же так, – шаркающие шаги удалились, а рядом со мной упала на колени Тара.