Я попал в свою же книгу! Том 2

– Я тоже был ужасным сыном и много плохих слов рассказал матери при жизни.

- Я не дура… - сквозь хныканье сказала Марина. – Понимаю, что вся ситуация, в которой мы сейчас оказались странная. Воскрешение? Муравейник, наполненный душами умерших? Всё это не просто так и наше похищение подозрительно. Но мне хочется простится с отцом нормально, Аин. Я отпущу его, но прошу дай мне пару дней. Дай извинится за свои проступки перед папой. И будь при этом рядом. Дай мне сил признаться отцу…

- Хорошо…

Смерть и сожаление всегда будут терзать живых, а не мёртвых.

Однако мёртвые даже так могут влиять на тех, кто жив. Их образы будут наставлять тех, кто помнит о них. Однако будет ли точно это наставлением или обвинением решает сам помнящий.

Глава 13. Образ

Только кончилось чаепитие в квартире Аластора. Митрофан ушёл за дверь, Элизабет уединилась с матерью в их собственной квартире, Кирилл отец Марины остался ожидать её дома, а сам Аластор с отцом вышли в коридор прогуляться и поговорить на свои мужские темы.

Апрель же в это время мыла посуду после чаепития. И мыла она с таким усердием и таким страхом, будто это было невероятным для неё испытанием. Никакой экзамен, никакая битва с монстром не вызывало в ней такого волнения.

«Я не слишком медленно мою? А воды немного ли использую? Точно ли не осталось пятен на тарелках?» - накручивала себя она.

Волнение её было от Полины матери Аластора, которая стояла рядом и с улыбкой на неё смотрела.

Апрель боялась ударить в грязь лицом.

Из разговоров с ней ей удалось понять, что матерь Аластора женщина старой закалки. Она очень трепетно относится к своим обязанностям домохозяйки.

Ужас Апрель заключался в том, что она была неуклюжа в этом. Всю работу по дому у них делал Аластор.

Внезапно что-то треснуло в руках Апрель.

Это была разбитая на две части тарелка.

«А-а-а! Я задумалась и не рассчитала силу!» - обречённо вопила в сознании она.

- Что это такое? – подошла обеспокоенная Полина.

«Нет! Она увидит, что я ужасная домохозяйка и скажет, что я недостойна его сына…» - заранее Апрель начала шмыгать носом от тоски.

- Какое личико состроила! Не смей плакать! – обвиняющим тоном начала мать.

- Э-э-э… - беспомощно тянула букву Апрель.

- Это всего лишь посуда, - вздохнула Полина. – Разбила значит это к счастью.

- Правда? Никогда не слышала подобного… - чуть успокоилась Апрель.

«Она не мелочная…» - сделала вывод к облегчению она.