Око Волка

Ничего, малой, еще все впереди. 

Он похлопал наставника по щеке, отошел и сел за ноутбук. 

– Чаю хотите? – спросил он через плечо. Оба кивнули. – Афоня! Еще два чая!

– Не ори, ошалелый! – донеслось из глубины квартиры. 

– Хех, вечный еврей, огрызается, – ноутбук загрузился, Маг что-то в нем пощелкал и повернулся к волкам, что стояли как солдаты на вытяжку. – Ну, господа, коли все мы на свету, да времячко у нас пока есть, можем и поговорить. Волка вашего я не выдам, ни к чему это вам – все сразу знать.

Сами разнюхаете. Да и нам всем интересней поглядеть будет. А вот поговорить – это пожалуйста. Когда еще такая возможно выпадет? – он улыбнулся. – Никогда, сынки. 

– Признаемся, мы ожидали увидеть немного другое, – замялся Джон.

– Да? Дворцов и пламенных фейерверков? Ну, это, дорогие мои, ребячество. Подобный балаган на потеху зрителю токма в кино бывает. Мне, знаете ли, вот так комфортней, а то всякие финтифлюшки на кой выдумывать?

– Понимаем, солидные люди в представлениях не нуждаются…

Тут Создатель расхохотался в голос.

– Люди! Ну, ты отмочил, дорогой! Я и Афоня, о-о-ой… – Маг прочистил горло. – Пусть ты и ляпнул глупость, но в целом верно сказал. Так что вы особо-то не расслабляйтесь тут, я все еще Черный Маг, могу вас на Венеру отправить, коли приспичит. 

– Простите, господин, – подал голос Эд, немного смутившись под взглядом кошачьих глаз Создателя. – Я все еще не совсем понимаю, кто Вы, и кто Ваш друг Афанасий, не могли бы Вы…

– Мог бы, наверное, – перебил его Маг, погладив бороду.

– Да только к чему? Дружок твой старший уж точно знает, кто я. А Афоня – он нашего круга, бишь проклятый. Живет вечно, да только старится. Бывает и так, щеночек, что вот ты бессмертный, вечно молодой, а он бессмертный – вечно старый. И уж будь уверен, все эти ваши депрессивные придумки волчьи о тяжести звериного племени в сущем мире в сравнении с этим – брехня кромешная. Бегаете с голым задом по лесам, не трогает вас никто, бабы липнут, аки мухи на помет, а вы еще и недовольны.  

– Простите, господин…

– За что прощать? Ты ж молодой еще, не знаешь ничаго, все объяснять надо. Да еще, гляжу, какая-то дрянь над тобой вертится. Ну ка пади ближе.

Эд послушно подошел. 

– Ишь, как. Да ты приворожен. Ведьма какая-то в себя влюбила, чуешь? Ай, да не тушуйся, тебе же так лучше будет, помяни мои слова. А то какой ты оборотень без неразделенной любви, а? Как же ты, кровавый зверь, без дамы сердца? Вот то-то, любовь и чудиша – классика.