Чёрный инспектор. Выбор Крайсы.

Элиас не обернулся, ему казалось, что он чувствует гул, идущий снизу.

– Пошли обедать, – Фария сказала это так безнадёжно и глухо, что Элиас невольно обернулся. Тётушка была бледной, но решительной. Она знала, о чём он думает, и готова была на всё, лишь бы не выпускать его из дома.

– Я не голоден, – Элиас отвесил поклон, извиняясь, и пошёл в свою комнату.

В спальне было темно – плотные шторы не пропускали свет снаружи, свечи в подсвечниках никто не зажигал. Элиас подошёл к письменному столу. На стене, невидимые в темноте, висели два портрета.

Они были символами его решимости и знаками поражения. Сейчас он не мог сделать ничего. Калиа никогда бы не осудила его. Элиас знал, что с портрета она улыбается. Всегда. Инспектор Крайс бы промолчал. Он редко разговаривал без причины. На портрете он был таким же бесстрастным и замкнутым, как и всегда.

Элиас не мог их видеть, но знал, что очень хочет сделать хоть что-то именно ради них. Их судьбы были отмечены несправедливостью, порождённой решениями Высшего Совета.

И сейчас творилась самая чудовищная из всех возможных несправедливостей. А он ничего не мог сделать. Элиас до боли в костяшках сжал кулаки.

В последствие никто не мог сказать, кто нанёс первый удар. Сведения разнились, каждая сторона изо всех сил старалась скинуть вину на другую. Одарённые смогли спуститься в Средний город лишь по трём спускам. По остальным спускам Гильдия успела провести своих бойцов на Землю. Фонари уже зажглись, но люди всё ещё стояли, дожидаясь приказа или первого удара врага.

Напряжение достигло пика, когда у кого-то не выдержали нервы. Скорее всего, причина была именно такой. Возможно, на разных пропускных пунктах зачинщики были разными. Так или иначе, кто-то ударил первым.

Потом прозвучали первые выстрелы и первые крики. Закалённые стычками и постоянным выживанием гильдийцы среагировали первыми. Их слаженные залпы ранили нескольких Одарённых. Будь у жителей Дна больше огнестрельного оружия, потери среди бойцов Неба были бы значительнее, но на каждом участке было всего несколько пистолетов и винтовок и только в первой линии.

Боеприпасы берегли.

Где-то Одарённые успели среагировать и применить Дары прежде, чем гильдийцы добрались до их рядов. Где-то бойцам Кою удалось быстро перейти к ближнему бою. Первый этап сражения занял считанные минуты, но именно он, во многом, определил успех или неудачу каждой из сторон конфликта на каждом конкретном пропускном пункте.