Чёрный инспектор. Выбор Крайсы.

Ветер горстями кидал в лицо острый чёрный песок. Крайс поднял руку ко рту и закашлялся натужно, тяжело. Лёгкие разрывала боль, от них, казалось, уже давно должны были остаться только лоскуты. Разрезание дрожало, напряжённое до предела, растянутое и готовое нанести удар. Рюни не знал, что сможет совершить что-то подобное, но он просто не задумывался. Разрезание справлялось, он – едва. Крайс ждал, зная, что он придёт. Кою не мог не найти его, тот кусок хлеба связал их крепче любых уз.

Рюни вытер губы тыльной стороной ладони, потом потянулся за платком.

Рефлекс, выработанный годами. Скоро это не будет иметь значения. Крайс стоял неподвижно, полупрозрачная труба подъёмника почти не защищала от ветра. В темноте за спиной копошились его тёзки – крайсы. Они не подходили ближе, наблюдали издалека. Рюни знал, что они не бросятся. Сейчас, как и тогда в Серых холмах, они охраняли.

Крайс чувствовал себя больным – по-настоящему и очень сильно. Его било ознобом, пальцы и губы подрагивали, в голове было пусто, внутри всё болело.

Казалось, что он выпустил и растянул по Дну не Дар, а собственные внутренности. Рюни чувствовал всё через Разрезание – ветер, песок, бессчетные лапки крайс, колёса машин, ботинки людей.

Крайс снова согнулся в бесплодной попытке откашляться. Его тошнило, хотя давно уже было нечем. Виски трещали от боли, в глаза точно насыпали раскалённых игл. Он знал, что Кою придёт.

– Рюни, – ожидание закончилось совершенно внезапно.

Крайс поднял голову и снова привычным жестом вытер губы.

Кою стоял перед ним, растрёпанный и растерянный. Таким он никогда его не видел. Рюни привык к тому, что Глава Гильдии всегда силён и уверен в себе. Даже мальчишкой Кою никому не позволял увидеть свою растерянность и слабость.

– Кою, – Крайс с трудом разлепил спёкшиеся губы. Улыбнуться не получилось.

– Рюни, почему ты ушёл? – Кою говорил тихо, в нём почти не чувствовалось сжиравшее его безумие, только искреннее беспокойство. Он говорил с Крайсом, как с испуганным ребёнком.

– Только так я мог докричаться, – Крайс покачал головой. Он смотрел на Кою, понимая, что тот не простит его никогда. – Только так я смог поговорить с тобой. Ты ведь пришёл.

– Как я мог не прийти? – Кою мягко улыбнулся. Крайс заметил в его глазах разгорающийся огонёк нервной энергии. Кою протянул к нему руки. – Пора возвращаться. Рюни, я хочу, чтобы ты был рядом со мной и увидел всё сам.

– Нет, Кою, мы не вернёмся. Ни ты, ни я. Мы не поднимемся наверх.