Ушедшие

А, глаза Чан У не подводили ни разу, дракона он увидел на пару ударов сердца раньше молодого дозорного, что при встрече с драконом может стать решающим фактором, — кто останется жить, а кому пришел черед пойти «дорогой цветов».

Ударил в колокол, протяжный и тоскливый звук растекся по всей деревне, а дальше нужно не мешкая бежать в заранее отрытые «схроны» — убежища.

Задвигая над головой плетеную из тростника циновку, Чан У лишний раз самому себе сказал, что был прав, заставив жителей деревни выкопать убежища: не часто, но за сезон раза по три приходилось прятаться от дракона.

..

В этот раз пронесло, дракон как в прочем и в предыдущие два раза, полетел сразу на поле опиумного мака, — оттуда поднималась тонкая струйка дыма.

— Наркоман, проклятый, — в сердцах Чан У не очень культурно выругался, надо сказать, деревня на севере граничила с огромной маковой плантацией, и нет — нет, да кто из жителей деревни начинал курить опиум, но не долго — Чан У старался при любом удобном случае отправлять наркомана «дорогой цветов» .

..

Жители догадывались, что очередной несчастный случай с наркоманом, как-то связан с Чан У, но предпочитали молчать — деревня при старосте жила хоть и не богато, но и не бедствовала.

И правитель лишний раз сборщиков пошлины не присылал...

Чан У и дракона бы как следует «отделал» своей колотушкой — во всяком случае, очень хотелось, но нет таких колотушек, вот и приходилось в «схронах» прятаться. Закрыв крышу «схрона» плетеной циновкой обмазанной толстым слоем глины прислушался:

Крики в деревне отвлекли от мыслей о драконе, что-то произошло на площади.

Выйдя из своего жилища и посмотрев в сторону криков, Чан У замера: ой, жди беды — в центре деревни на небольшой площади собирался народ, что само по себе не новость — площади для этого и служат, вот только повод для сходки жителей не ординарный.

Посреди площади возвышался огромный белый слон, на спине которого, восседали два мага волшебника — что волшебники сомнений не было — уж очень чудно одеты, а как один рот открыл (тот, что постарше и почуднее одет — хотя куда чуднее?) — ну точно волшебник — полный рот золотых зубов, так на солнце и сверкнули.

*

— Слышь, Михалыч, ты это шире улыбайся своими коронками — глянь, как в рот тебе смотрят.

— Ну конечно, на металлокерамику сроду не заработаешь, не то, что у тебя.

— У меня все настоящие, — Сергей даже обиделся.

— Ладно, как бы здесь не положить зубы на полку мне искусственные, а тебе настоящие...