Ищейка

Но какому-то безрадостному, как если бы природа уже знала, насколько кардинально изменилась моя жизнь. И только я об этом еще не догадывалась.

Впрочем, причина этой подспудной тоски была мне известна. Та самая кровь… Вместе с ней Ева лишила меня и части эмоций.

Это пройдет. День, два…

Их просто надо было пережить.

- И давно вы…

- … занимаюсь поиском? – вздохнув – разговор нравился мне все меньше, закончила я за него, заполнив очередную паузу. – Почти пять лет.

И ведь действительно… почти пять.

Начинала с простого.

Вещи, спрятанные неподалеку от дома, в котором жила. Люди. Не потеряшки – просто жители и гости города, чьи слепки мне передавала Ева.

Несмотря на то, что, как говорила подруга, я – способная, на это ушла большая часть этих самых пяти лет.

Потом стала волонтером в «Лиза Алерт». И это было хорошее время, когда я четко осознавала, насколько важны мои способности для каждого из тех людей, кого мы находили.

Но время шло, тренировки становились все более сложными и по расстояниям – искала не только на территории России, но и по времени – ушедшие из дома, пропавшие без вести, похищенные год, два, пять, семь, десять назад.

По интернету, анонимно,используя левый почтовый ящик и прокси-сервера, контактировали с правоохранителями органами.

Не всегда наши подсказки принимали – безымянным адресатам мало веры, но в первую очередь я думала о собственной безопасности. И не только необычные методы поиска были тому причиной. В какой-то мере просто боялась огласки и ажиотажа.

Если оказывать помощь всем, кто в ней нуждался, пришлось бы работать на разрыв.

Мои способности такого не позволяли. К счастью или сожалению…

Еще один сложный вопрос, который я себе не раз задавала. Видеть радость людей, уже потерявших надежду…

Чаще всего именно они были готовы всем и каждому рассказать о произошедшем чуде, что весьма вредило той самой безопасности.

Способ «оставаться в тени», тоже подсказала Ева. Сначала я освоила два усыпляющих заклинания. Потом то, что стало основой выработанной защиты – заклинание «сообщники», не позволявшее делиться увиденным и услышанным с теми, кто не попадал под его действие.

Дальше – больше. Я училась укрываться в тенях, подменять себя предметами, рядом с которыми находилась. А еще – растворяться… в дожде, снеге, тумане. И – сливаться. С гладью воды, с зеркалами и стеклами.

Это было похоже на игру. Увлекательную и затягивающую. И я в ней тонула, доходя иногда до того, что забывала о реальной жизни.