Мой снежный князь. Строптивица для лэрда

Я с удовольствием затянулась, наслаждаясь моментом, и выдохнула дым ему в лицо.

– Николас, я такая, какая есть, и никого из себя не изображаю, – сообщила я. – А теперь сделай доброе дело, помолчи и дай мне спокойно докурить. Это моя последняя сигарета.

Больше не обращая на него внимания, я закрыла глаза и просто курила в надежде обрести душевное равновесие. Конечно, наличие зрителя мешало, но попытаться стоило. И чего ему не спится, спрашивается?!

Николас заправил мне за ухо прядь волос, и от неожиданности я вздрогнула, распахнув глаза.

Он оказался очень близко и как-то странно глядел на меня. Вот как здесь расслабиться?! С сожалением я посмотрела на окурок, истлевший до самого фильтра. Почему все хорошее в жизни так быстро заканчивается?

– Что это? – спросил он.

– Фильтр, – сообщила я, отдавая ему посмотреть. Теперь уже не жалко.

Покрутив его в руках, он сказал:

– Пойдем!

– Куда?!

– Ко мне в кабинет, я же обещал тебя сигарой угостить.

«Хорошо хоть, не в постель», – хмыкнула я про себя. Мое любопытство пересилило нежелание общаться с блондином, и я засеменила следом за ним.

Мы еще не успели выйти из кухни, как он потушил свечу. От неожиданности я споткнулась обо что-то.

– Зачем?! – зашипела я.

– Лера, не хочу, чтобы кого-то привлек свет и он увидел полуголую тебя вместе со мной.

– Я одета! – возмутилась я.

– Для спальни – да, – усмехнулся он. – Но не для прогулок наедине с мужчиной.

И все это сказано в темноте, отчего звучало очень интимно. Я застыла на месте, ожидая, пока привыкнут глаза, так как я ничего не видела. В душе шевельнулось раздражение.

– Ты идешь?

– Знаешь, я передумала. Так что иди, куда ты там шел, а я к себе, – сообщила я.

– Поздно! – прозвучало совсем рядом со мной.

Как-то странно он это произнес, не совсем угрожающе, но мурашки у меня по коже побежали. Вот же гадство! Сходила покурить называется, успокоилась!

Николас взял меня за руку и потащил за собой.

Я зашипела от возмущения, пытаясь, не повышая голоса, передать ему всю гамму моего негодования.

– Тс-с-с! – Он резко остановился.

На верху лестницы раздались шаги и легкое поскрипывание, кто-то спускался.

Николас подхватил меня на руки и бесшумно передвинулся под лестницу. Поставив меня на пол, прижал к себе и замер. Воротник его рубашки был распахнут, и я уткнулась лицом в обнаженный участок тела.