Крылатый

Вряд ли она думала, что мы тут сломанные кости вправляем, но к тому, что мы бываем ранены, и к врачам нас не загнать, она уже успела привыкнуть. Она уже видела, как мы сами зашиваем себе раны. Пришлось в тот раз объяснить ей про курсы фельдшеров и жестокие способы обучения нашей молодёжи. 

— Несите, — устало кивнул Ван, вытирая руки.

— Как ты? — Близнецы присели подле меня и с тревогой заглянули в лицо.

Я мотнул головой, жестом попросив воды и Маня быстро сбегала на кухню.

Осушив стакан в несколько больших глотков, отдышался и только потом ответил:

— Как жертва ножа дасгаха.

В это время вернулась Юлина мама, Маргарита Павловна, с аптечкой, и мои перья тщательно промыли от крови. Вывернув шею, я рассмотрел золотистые, едва видимые, уходящие прямо в спину, очень прочные нити эльфийской лангетки, наложенной на вправленные кости крыла. 

Жаль, что мы до срока не можем лечить сами себя. До трёхсот лет на нас просто не действуют свои собственные силы.

Зато можем лечить друг друга, что в принципе тоже неплохо. Наверное, это одна из причины, почему у тёмных так развита взаимопомощь. Иначе мой вид бы просто вымер.

— Недельку придётся обойтись без крыльев, — сообщил мне Ван.

— Неделька не вся жизнь, — безрадостно ответил я.

— Ничего, полетаем на моём лейтэре, — улыбнулся светлый.

— Правда?! — обрадовался я.

А ведь Ван испугался за меня сильнее меня самого. Бледный, хоть и пытается улыбаться.

Сколько же сил он положил на эту лангетку?! Эх, Ван, родич, лучший друг, как бы я без тебя жил?

— Спасибо, брат, — невольно вырвалось у меня.

Он промолчал, но ответный взгляд и едва заметное прикосновение души к душе ясно сказали всё, о чём не скажешь словами. Одно короткое, ёмкое и огромное по своей сути слово, которое вмещает в себя невообразимо много — «брат».

 Осторожно втянув крылья обратно в спину, я надел мою новую рубашку, посмотрелся в зеркало, расстегнул пару верхних клёпок и остался доволен.

Надо только стырить у Рыси очередную резинку для волос и завязать хвост. Где, когда и как я потерял предыдущую — даже не могу сказать, потому что не помню. Резинки у меня долго не живут и уходят тысячами — рвутся, теряются, растягиваются до невменяемости. Закупать перед учебным годом их приходится чуть ли не в промышленных масштабах и всё равно мне их не хватает.