Крылатый

Официальный гимн наизусть знают не все имперцы, но этот, написанный менестрелем-человеком не так уж давно, за год облетел империю и так прославился, что теперь его даже ребенок споет. 

— Плечом к плечу, мы держим строй,

Отринув старые каноны,

Пройдем сметающей волной

Во славу трех своих драконов!##

##  Песня «Марш драконов», автор — Дэн Назгул (Денис Полковников).

Три императора — три Дракона. Мама — алый дракон, папа — чёрный дракон. А дядя Дарий… Его чешуя в блеске солнца отливает иссиня-чёрными бликами.

Тёмные фигуры в балахонах обступили меня, кто-то зажег три факела вокруг алтаря. Небо, это просто кошмарный сон! Или дешёвый американский ужастик. Только слюнявого монстра не хватает, но скоро и он появится. Пусть не слюнявый, зато мерзкий и монстр. 

Я пел, пока мои цепи затягивались в алтарь, пел назло этим ушибленным, монотонно и нудно затянувшим какую-то гадостную то ли молитву, то ли ещё что.

Закончить гимн я не смог, мне вдруг стало так паршиво, что оставалось только сжать зубы, чтобы не выдать себя жалким стоном.

А эти… людишки окружили меня тройным кольцом. Трое достали кривые кинжалы (жалкая пародия на мой фламберг!) и встали у самого алтаря. О Небо, как же мне плохо…

— Даже у жертвы может быть последнее желание… — прошелестел из-под капюшона голос. — Будет ли оно у нашей жертвы?..

Это они ко мне обращаются?! Я только для Мани с Даней жертва, да и то с позволения Кисы!

— Будет! — сказал я. — Возьмите свои кривые ножички и пошуруйте как следует у себя в ж… может мозги найдёте! 

Из-под капюшона послышался смешок и тихий голос:

— Какой живучий мальчик… Нашему богу по вкусу такие.

Живучий!!! Как таракан! Никогда смерти не боялся.

— А мне по вкусу боги в виварии! И ваш драный божок мною подавится! Я вам Армагеддон и без Апокалипсиса устрою!

Ярость придала сил, и я начал дрыгаться, брыкаться и ругаться, благо, ошейника не было. Но чужие руки прижали меня к камню, кривой кинжал с филигранной точностью вонзился в шею, вскрывая вены, второй такой же острой болью резанул сгиб локтя…

Не сдамся без боя, не сдамся-а!

— Стоять! — Этот сумасшедший крик расколол всю создавшуюся атмосферу мрачной торжественности на мелкие осколки.

Ва-а-а-ан!! Брат, я больше в жизни никогда тебя не назову ушастым! 

В руках у влетевшего в зал жертвоприношений светлого был зажат пистолет, направленный на людей в капюшонах. «Кольт» сорок пятого калибра в руках и ледяная ярость на лице.