Крылатый

— Кремовое с клубникой!

— И мне! — сказал Ван. — Два! А лучше все четыре!

Шон ушёл, а мы остались сидеть.

— Всё ещё не верю, что мы живы, — сказал я, глядя в небо за распахнутыми створками окна. — Там было… жутко.

— Я знаю, — тихо ответил Ван. Я всей душой ощутил, как на брата накатило дикое желание жить. Жить и дышать полной грудью. Прямо сейчас. И не ждать, пока это станет возможным без боли и опасности умереть. — Кстати, за твоим последним желанием сейчас Шон пошел, а как насчет моего?

— Гитара?

О, нет, о ней сейчас даже подумать страшно! С такими руками… Вана, видимо, посетили те же самые мысли.

— Нда… не судьба…

Я помолчал, размышляя. Мой брат так редко о чём-то просил, что отказать ему сейчас просто... подло. И я произнёс:

— Да можно и без гитары обойтись. Орать песни просто так мы, что ли, разучились, а?

— Хм… Тогда «Врата, которых нет»?

— Давай!

Прикрыв глаза и отстукивая ритм ногой по паркету, мы хрипло и далеко не так хорошо, как обычно, зато от всей души, запели: 

Коснись теплом крыла моей души…

Я жду чудес — я закрываю глаза.

В который раз мне сохранили жизнь,

В дороге в небо снова отказав!.. ##

## Автор и исполнитель песни Тэм Гринхилл.

Мы успели окончить песню. И просто молча сидели всего с полминуты, когда распахнулась дверь и зашли мама с дедушкой и отцом. 

Гулко прозвучал голос дедушки:

— А я вам что говорил? Этих двоих даже смерть не берёт, обратно выплёвывает — они ей поперёк горла становятся. Оболтусы!

Ван вздрогнул, открывая глаза.

— Дедуля пришёл, — отстраненно сказал светлый. — Щас мы получим за всё…

— Уже получили, дурни! — рыкнул дед.

Я старательно не смотрел на родителей. Ничего я не забыл, хотя хотелось бы.

А мама подошла поближе, обняла поднявшегося навстречу Вана. 

— Ну куда же ты один убежал, ребёнок? Зачем?

— Не знаю, тётя Иль. Я ведь не все способности хранителя знаю ну и… недоучка я, — с горечью признался светлый мой брат. — А оно действует за гранью сознания.

— Понятно, — кивнула мама. — Тебе бы стоило доучиться!

— Знаю… — Ван тяжко вздохнул. — Только мне пути назад нет.

— Мы что-нибудь придумаем по этому поводу, — пообещала мама.

А папа в это время, ободряюще сжав светлому плечо, сел рядом со мной.

— Пап, я твои часы потерял, — повинился я, не поднимая взгляда. — И мотоцикл, наверное, тоже. 

— Несчастный мой сын, — вздохнул отец и обнял меня за плечи, согревая смерзшуюся в комок душу.