Крылатый

Когда Наоми строго отослала всё семейство прочь, а нас с Маней повела в каюту, стало понятно, кто здесь главный. Амая увязалась за нами. Паранойя радостно оскалилась четырьмя рядами острых зубов.

Сметая бутерброды подчистую со стола и запивая чаем на травах (вкус был незнакомый), я не переставал вертеть в голове одну мысль. А именно — как мы отсюда смоемся? Способов была целая куча. Разных. И все неприемлемые. 

— Они знают, что я тёмный? — спросил я, покосившись на белобрысую Маньячку.

— Когда ты ругался, рычал и скалился во все клыки в бреду, это трудно было не понять, — усмехнулась она.

Вечно клыки выдают. Ну да и ладно, зато не будет лишних вопросов.

— Сколько я был без сознания?

— Да почти сутки…

Сутки!.. И в пути… сколько там получилось? Ночь, сутки в боевом режиме, потом шторм… сколько он длился? Тоже до глубокой ночи. И сейчас близился вечер. Интересно, с какой скоростью я в боевом режиме летаю? Что-то быстро мы на японскую яхту наткнулись. 

Судя по направлению, кораблик пока что плыл в ту сторону, которая нам нужна.

Значит, пока можно не очень сильно дёргаться. А заняться тем, что откладывать больше нельзя.

— Маня, спроси у Наоми, знает ли она, что должны делать тёмные, после того, что было со мной, — сказал я, внимательно глядя в глаза хозяйки яхты.

Маньячка перевела, и женщина медленно кивнула, не отрывая от меня своего взгляда.

— Спроси, насколько Рийо хороший боец.

В ответ японка произнесла какую-то фразу, в которой я различил только «Рийо» и «Кеншин».

— Она говорит, что Рийо превосходный воин, но мечом Кеншин владеет лучше, — перевела моя подруга и добавила явно от себя: — Имя Кеншин означает «сердце меча».

Что ж… похож. Я поднялся. Наоми приподняла бровь, беззвучно задавая недвусмысленный вопрос. С моей стороны последовал решительный кивок. Она вышла и, подозвав сына, объяснила, что от него требуется. Кеншин поглядел на меня сверху вниз и эдак снисходительно улыбнулся. Это ты зря… Не удержавшись, состроил невинно-наивную мину, после чего японец окончательно уверился, что я полный лох и клинок использую, только чтобы картошку чистить в нарядах на кухне.

Его мать, которая, изучив моё с виду очень безобидное телосложение, видела ладони в специфических мозолях. Значит, не могла не знать, как неправ на самом деле её старший сын, но только ехидно прищурилась.

Кеншин принёс две катаны и одну протянул мне. Ух ты, классический самурайский меч! Только тупой. Тренировочный. Я с сомнением взвесил в руке предложенное оружие.