Торговец вольного города

Что-то о великом прошлом и неведомом проклятии, из-за которого пришлось продать торговое имущество и лишиться жизней родственникам.

Посверлив меня взглядом, отец откинулся на спинку кресла. Я всё так же продолжал стоять рядом, так как присесть было негде. Окна снова зашторены, не искать же в полумраке стул. Да и неизвестно, как старик на такое самовольство отреагирует. Надеюсь, разговор будет недлинный.

— Забудь ты уже о словах деда! — сказал он, глубоко затянувшись сигаретой. Взгляд вновь был устремлён в огонь.

Интересно, а кто ему дрова подкидывает, когда никого нет? — Он бредил великим прошлым нашего рода и тяжело воспринимал то, как год от года подчинённые семьи бегут, а иногда и открыто оборачиваются против нас. Мой отец ещё успел застать лучшие времена, потому ему и было так тяжело принять очевидное. Кто ж знал, что он умудрится оставить крупицы этого помешательства и в твоей глупой голове. Как бы я ни старался образумить тебя, ничего не выходило. И всё же никак не ожидал, что, слегка оперившись, надумаешь повторять ошибки прошлого. Где деньги-то взял, расскажешь родному отцу? Обещаю, ругать не буду.

Он вновь перевёл взгляд на меня, ожидая признания в грехах, но увидел же лишь улыбку на моих губах. Покачав головой, я ответил ему:

— Никогда не брал долгов. Никогда не обращался к сомнительным личностям за помощью. Обидно, что ты веришь пришлой женщине, а не собственному сыну.

— Дурак! — словно плюнул он в меня. — Снова бахвалишься на пустом месте.

Константин отвернулся и глубоко затянулся.

— Я честно заработал деньги, нашёл поставщиков. Прилавок снял на свои кровные, ещё и оплатил на полгода вперёд. Ни копейки не взял у твоей жены! И что взамен? Упрёки в несуществующих просчётах, вранье? Тебе так претит хоть раз поверить собственному сыну?

— Нет Скарабейниковых больше. Нет! Ради тебя, дурака, старался, чтобы по миру не пошёл после моей смерти. Катерина обещала не противиться, если захочешь на одной из её дочерей жениться. Хотя бы так сохранить каплю крови в роду.

Мы прокляты, ты ведь сам это прекрасно знаешь! Не лезь, куда не просят, беду накликаешь ведь. И в отличие от предков, тебя уже некому будет защитить.

— Мне казалось, что ты ради себя старался, — хмыкнул я.

Вот ведь упрямый старик! Разговаривать с ним бесполезно, как и воспринимать всерьёз весь тот поток бреда, который льётся из его рта.

— Как думаешь, куда пошли её деньги? На проституток спустил? Или на выпивку в кабаках? Нет.