Спецотдел

Старший спецназовцев, не переспрашивая, тут же повторил во весь голос:

— Красная тревога!

Снаружи послышались торопливые шаги водителя, хлопнула дверца — и грузовик круто развернулся через сплошную.

Азамат смотрел на кокон пристально и без тени улыбки. Словно пытался навсегда запомнить происходящее. И знал, что это «навсегда» будет совсем недолгим.

— Что делать? — прогудел кто-то из силовиков.

— Надеяться, что успеем уехать из жилого района, — ровным голосом сказал Азамат. — Это «дракон».

Кошкин, почему-то не чувствуя паники, подумал, что успеть уехать должны: вернутся к промзоне, потом махнут за новый квартал — там рукой подать до Берёзовки, пригородной лесной зоны.

Там ёлочки в снегу, зимние берёзки, светящаяся лесная мелочь — красота. Мысли ворочались в голове лениво и медленно, и Максиму пришлось заставить себя думать о деле.

Что они будут делать, когда приедут в Берёзовку?

— Спокойно, — сказал старший силовиков. — «Драконы» не сами вымерли. Их люди истребили. Что нужно делать?

Азамат нехотя отвёл взгляд от кокона, словно опасался, что стоит перестать смотреть, как «дыня» растрескается окончательно и выпустит на свет существо.

Сказал лекторским тоном:

— «Пыльный дракон влияет на материю. Может развоплощаться в пыльный шлейф на несколько секунд. Способен выпить жизнь и кровь за несколько минут. Сведения о драконе скудны и неоднозначны». Конец цитаты.

Потом встряхнулся и добавил почти обычным голосом:

— Ты прав: мы должны с ним справиться. Хотя это будет очень непросто.

.. Нужны артефакты, которых у нас нет. Даже в лаборатории. Есть мнение, что «драконы» боятся грома и молнии, если это нам чем-то поможет.

Кокон шевельнулся — и трещина стала шире и длиннее, разделив сферу почти пополам.

Старший спецназа связался с диспетчером и обрисовал ситуацию.

Кошкин поднял телефон: его экран тоже «украшала» трещина. Но, конечно, не настолько впечатляющая.

Разбитый экран показывал три сообщения:

«Что случилось? Еду за вами» — Егор.

«Что у вас?» — стажёр.

Несколько фотографий праздничного стола от мамы с текстом: «И всё это без тебя!»

Кошкин криво усмехнулся: только бы не навсегда без него. Только бы в следующий раз семье не пришлось собраться по скорбному случаю — и снова без него. То есть с ним, но...

Грузовик в который раз тряхнуло на повороте. На коконе рядом с первой трещиной появилась вторая. Потом ещё одна.

— Может, прибить его, пока не проснулся? — спросил один из спецназовцев.