Спецотдел

Они живо накинулись на еду и покончили с нею ещё до того, как принесли оставшиеся заказы.

— Главная задача — проверить, нет ли в ком-то из свидетелей незнакомого существа или следов его пребывания. Если знакомые существа встретятся, берите на заметку и сообщайте мне и в отдел. Для протокола пару вопросов задать нужно. Ну, это формальности, вы сами в курсе. Всё, я поехал, — Егор поднялся из-за стола, следом тут же встали Вика и Азамат.

Пока они одевались, официантка принесла пасту и лазанью.

Лазанья оказалась вкусной, но почему-то не радовала.

Наверное, потому, что Егор всем своим видом показывал: стажёру в Б-четыре не место. Ну и пусть. В конце концов есть и другие группы. Эдуарду уже предлагали уйти в ночную смену.

Он всё-таки не выдержал и сказал, покосившись на Максима:

— Я, похоже, Егору не нравлюсь.

— Ну, нашему старшему вообще никто поначалу не нравится, — улыбнулся Максим. — Он долго привыкает к людям. Но если привыкнет — это навсегда. Понимаешь, Б-четыре — это как семья, только ближе.

Максим снова улыбнулся. А Эдуард задумался: быть частью команды, которая ближе семьи, — это ведь именно то, чего ему так не хватает. Или нет?

— Ладно, поехали по свидетелям.

— Ага.

Место под солнцем. Часть 2

Увы, опрос свидетелей ничего не дал. Доставшиеся Эдуарду и Максиму люди не смогли рассказать ничего нового о происшествии и не были одержимы никакими существами.

Эду казалось, что они совершенно бессмысленно потратили остаток дня, ни на шаг не приблизившись к разгадке.

Максим был настроен философски: мол, отсутствие результата — тоже результат.

— Привыкай, Эд. Наша работа по большей части — это и есть безрезультатные разговоры, — беззлобно усмехнулся Кошкин. — А ещё куча бумаг: протоколы, отчёты, формы, заявки. На каждый случай. Ладно, позвоним Егору, отчитаемся — и по домам.

Эдуарда такие перспективы не вдохновляли, но ничего не поделаешь: знал ведь, на что идёт, когда решил идти работать в спецотдел. Государственная структура — это всегда бюрократия, бумажки и отчётности.

Где-то на периферии сознания мелькнула насмешливая ухмылка Полоза, но Эд не стал в неё вглядываться. Он и так знал, что мог бы сказать его мёртвый лучший друг. И в глубине души не был уверен, что Полоз так уж не прав. Однако он выбрал работу, а значит, надо работать.

Эдуард надеялся, что другие члены Б-четыре что-нибудь разузнали, но его надежды не оправдались: Максим, закончив разговор с Егором, развёл руками.

— Пока тоже ничего.