Лазутчица

То есть, конечно, расскажи мне кто-нибудь год назад о том, как я буду проводить это утро, я бы уставилась на такого человека, как на безумца. Но теперь все было совершенно иначе. Я поспешно скидала свои вещи обратно в сумку и собралась уходить. Было что-то такое, что заставляло меня чувствовать себя некомфортно, оставшись с Демианом один на один в любое время, когда мы не практикуемся и не принимаем клиентов. Очередной «день практики», как иногда говорил Демиан, завершился коротким и равнодушным прощанием. Я уже почти развернулась, чтобы выйти, как вдруг Демиан встал со своего кресла и сказал:

- У меня плохое предчувствие.

Я какое-то время помолчала, раздумывая, что сказать.

- С каких пор предчувствия имеют для тебя значение? - спросила я.

Демиан ответил своей обычной усмешкой.

- Не стоит недооценивать подсказки, которые нам дает интуиция.

Он обвел комнату глазами, непонятно, зачем, и на секунду остановил взгляд на мне, а потом сказал:

- Береги себя.

Я посмотрела на него настороженно.

- Обязательно.

День был безоблачный. Когда я спустилась по лестнице и вышла из тенистого двора, согревающий солнечный свет приятно коснулся моего лица. Я заметила, что стало значительно теплее. Должно быть, еще совсем немного, и начнется настоящая весна.

Автобус приехал на удивление быстро. На это раз мне повезло: пассажиров почти не было, и у меня получилось занять удобное местечко у окна. Я сидела и рассматривала свой билетик. Первые три цифры на нем в сумме давали шесть, а вторые три — пять.

Еще совсем немного, и был бы счастливый. Я с грустью подумала о том, что автобусов с такими билетами теперь почти не осталось. Мир теперь меняется слишком быстро. Человеку ничего не остается, кроме как подстраиваться под очередную перемену, иногда даже не осознавая до конца, что произошло. Один мой одноклассник Антон называет это правилом беговой дорожки: тебе нужно только бежать и бежать, и нельзя остановиться, например, чтобы завязать шнурок или хотя бы запихнуть его в ботинок.

Дома один за другим проносились за окном, мелькали длинные тени.

Обычно в автобусе меня укачивало, но сегодня был удачный день. Через пару остановок почти все пассажиры вышли, и в салоне остались только я, какая-то крупная дама и зевающая контролерша. Я смотрела в окно, подперев голову рукой, и не замечала, что меня неумолимо клонило в сон. В автобусе было довольно душно. Дорога была не очень хорошая, так что пассажиров сильно трясло, но я уже перестала обращать на это внимание.