Лазутчица

- Тебе, наверное, интересно знать, кого я ходил навещать на старом кладбище. - Демиан медленно выпустил сигаретный дым. Он немного помолчал, вглядываясь в темноту, а затем продолжил: - Я навещал свою сестру. Зоя погибла, когда я был подростком. Разбилась на машине вместе со своим мужем.

- Боже мой, я не знала. Извини, - пробормотала я.

- Ничего. Есть вещи, перед которыми даже магия бессильна. Такова была ее судьба. Иногда я прихожу на кладбище навестить ее. По ряду причин я не могу по-настоящему отправиться туда, поэтому я использую проекцию.

Это лучше, чем ничего.

Я молчала. Мои щеки горели. Это же надо было увязаться за Демианом в такой неподходящий момент! И действительно, почему я решила, что он меня не заметит?

- Любопытство не грех. - сказал Демиан. - Но не злоупотребляй моим доверием.

Прежде чем я успела придумать ответ, послышался отдаленный стук колес приближавшегося поезда. Мы с Матвеем прошли на платформу. Когда мы зашли в вагон поезда, я видела, как Демиан помахал нам рукой.

Я еще долго сидела, уставившись в окно, а потом обернулась, почувствовав на себе внимательный взгляд.

- Что? - не выдержала я.

- Вау! - Матвей рассмеялся. - А что, ты правда шпионила за Демианом?

- Разве ты можешь винить меня в том, что я ему не доверяю? - серьезно спросила я.

- Не доверяй, сколько хочешь. Я просто подумал...

- Что?

Он молчал.

- Ну что? Скажи!

- Если он заметил тебя, то, скорее всего, с самого начала. Ты знаешь, он ведь мог специально отправиться на кладбище, чтобы тебя спугнуть.

Может быть, он на самом деле собирался посетить совсем другое место.

Я задумалась. А ведь правда, если бы Демиан не хотел, чтобы я знала, куда он ходит в проекции, он бы наверняка поступил именно так.

- Может быть, - мрачно согласилась я.

А потом я надела наушники и больше не проронила ни слова.

Глава 5

Николай Петрович ненавидел дождь, сколько себя помнил. Проснувшись тем мрачным утром, он с разочарованием поглядел в окно.

Было еще только две вещи, которые он ненавидел так же сильно, как дождь - свою работу на стройке и понедельники. Поэтому предстоящий день он представлял в довольно мрачных красках. Насмотревшись в окно, он принялся делать зарядку, время от времени останавливаясь и кряхтя. Потом он позавтракал в одиночестве. На завтрак у него, как правило, была какая-нибудь каша, которую невозможно было опознать ни на вид, ни на вкус.