Копарь. Старое заклятие.

Ну, что молчишь, рассказывай, чего стряслось. Вижу шлейф за тобой чёрный, большой тянется. Видать, где-то сплоховал ты сильно.

Пашка, наконец, собрался с мыслями и постарался вкратце, но ёмко всё рассказать. На половине рассказа баба Вера ласково прервала его, подняв руку.

— Всё, милок, хватит, я всё увидела, что нужно. И что в церковь ходил и про вчерашнее.

Павлуха удивился, он только ещё хотел рассказать про отца Михаила, как сам про него услышал.

— А кабанчики-то те непростые были, обратили их, правда временно, но всё же, — добавила она.

Пашка подался вперёд, и бабушка положила руки ему на макушку. Что-то чуть слышно пошептала, поводила пальцами. Потом невесело погладила его по голове.

— Встрял ты, внучок, сильно встрял. Не знаю, что там у тебя приключилось, но это очень нехорошее. Сильная сила тебя сломить пытается. Говори, с кем в последнее время сталкивался, что делал необычного? Может, обидел кого или задел чем-то, потревожил? Домой ничего не приносил, никакие чужие подарки?

Пашка крепко задумался.

— Да вроде всё как обычно. Ничем не отличался. Семья, дом, работа, отдых — повседневные житейские будни. Единственно, монету во сне нашёл, а она наяву объявилась.

Бабушка внимательно слушала, не перебивая.

— Нет, не монета, — наконец сказала она. — Та позже появилась, хоть и часть всего этого замысла. Вот только хорошая или плохая, сказать пока не могу.

— А что теперь будет? — с тревогой спросил Пашка. — Как мне от этого избавиться? Это колдовство какое или что?

Баба Вера пошамкала челюстью.

— Что будет, что будет? Один Бог ведает. А вот колдовство это или нет, не могу тебе сказать. То, что потустороннее, это точно. Причём не нынешнее, не сегодняшнее, а старое, древнее что ли. Не могу разглядеть, не даётся. Но будет оно за тобой по пятам ходить, пока ты не вывернешься от него.

— И как же мне быть? — спросил Павел. — Как защититься от него? Есть способы?

Бабушка покивала головой.

— Один есть точно. Только приемлемый ли он будет для, тебя сам решай?

— Какой же? — вскинулся парень.

— Есть тут недалеко, под Мордовией, Никольский Свято-Озёрский мужской монастырь. Там игуменом служит отец Агапий. Очень сильный в божественном проведении человек. Он и разные болезни лечит, за которые даже я не берусь, бесов изгоняет, людей, почитай, с того света возвращает. Благодать Божья на нём. Монастырь у него хороший, добрый.

— Что, к нему надо съездить? — спросил Павлик.