В плену чужих тайн

Однако, — произнесла она заглушенным голосом, будто вынося приговор, — не нам одним ты можешь оказаться полезной.

Дыхание перехватило. Постороннее присутствие растворилось без следа, и накатывающая паника как никогда ясно заставила ощутить себя болезненно беззащитной. Стены квартиры будто стали прозрачнее стекла, любые замки — несущественной помехой, а подсмотренное у одарённых прошлое в лабораториях — неизбежным будущим.

Способна ли я противостоять дарокрадам?

Ответ заставлял покрываться холодным потом.

Моих сил недостаточно.

Кошмарно мало! Но что теперь делать? Каждый встречный может оказаться похитителем, каждый второй может быть наблюдателем. Есть ли в таких условиях безопасное место? А тот, кто прикроет и убережёт?

Слова Бестужева днём ранее всплыли в памяти предложением.

Рассказать обо всём им?

Заверения Норваева после первого прикосновения словно зазвучали в ушах. Его убедительный тон, искренность в карих глазах, просьба о помощи...

Но действительно ли они готовы помогать мне?

Глава 4.

Паранойя

Они идут по твоим следам,

Шепчут на ухо: «Не отдам!»

И где ждать помощи? Кому доверять?

Кто из них не заставит кричать?

Пальцы нервно отбивали дробь по рулю. Машина давно была заглушена, но выходить не хотелось. Взгляд то и дело упирался в мигающую от гирлянд дверь кафе напротив. Пунктуальный Николай уже наверняка ждал внутри.

А если предложение ему не понравится? Если достать Людмилу из меня покажется более рациональным выходом?

Ни к месту вспоминалось пытка над Анжелой с его непосредственным участием.

Её смерть из-за сопротивления Астровой и навсегда засевшее в глазах Николая горе об утрате любимой и единственной сестры.

— Проклятье!

Тяжело опустила голову на руль, глубоко вздохнула и прикрыла глаза.

В конце концов, Анжела была согласна. У Людмилы были причины. Да и... разве Николай не самый порядочный и рассудительный мужчина из всех, что мне когда-либо встречались?

Невольно в памяти всплыл разговор, в котором он убеждал, что все причастные к убийствам получат по заслугам.

По заслугам...

Следом возникла его протянутая рука с тряпочным носовым платком, когда я едва не разбила лицо в коттедже с убитым семейством.

— Боже, да сколько можно?! — воскликнула в порыве чувств, отбрасывая сомнения и, прихватив сумочку, стремительно выбираясь на улицу.

Морозная свежесть приятно охладила. Белое облачко пара вырвалось изо рта и развеялось. Спрятала руки в карманы куртки, уткнулась носом в шарф и поспешила в кафе.