В плену чужих тайн

Как бы там ни было, за всё время совместного расследования он не нарушил слово ни разу.

— Да, разумеется, — пробормотала. — А насчёт Надежды... на самом деле вместо неё всё это время действовала другая одарённая — Астрова Людмила, погибший адвокат, расследовавшая дело с мальчиком Камельских из психиатрической больницы.

Изумление вперемешку с задумчивостью удивительно отчётливо проявилось на его лице.

— Пожалуйста, давайте начнём с подробностей.

Без сомнений рассказала всё необходимое.

— Так она всё ещё в вас? Вы её чувствуете?

Обратив всё внимание на ощущения и максимально расслабившись, не сразу, но почувствовала лёгкое постороннее присутствие, не проявляющееся с последнего разговора с Людмилой днём ранее.

— О, сама пригласила? — тут же раздался в голове несколько удивлённый женский голос. Однако, едва её дослушав, по телу пронеслась знакомая волна мурашек. Уровень дискомфорта резко скаканул вверх. — Ловец!

Под резкий предупреждающий вскрик Людмилы интуитивно оглянулась и столкнулась взглядом с решительно шагающим навстречу Константином.

В своём репертуаре!

Скривилась невольно.

— Какой приятный сюрприз! — воскликнул тот оживлённо, а я перевела недоумевающий и гневный взгляд на Николая.

— Что он здесь делает?!

— Простите, что не предупредил заранее — после вашего заявления об Астровой вылетело из головы. Он очень настаивал на встрече с вами, — сумрачно пояснил Норваев.

Даже настаивал?

Признание настораживало.

— К тому же, да будет тебе известно, ласточка, — без тени смущения объявил Бестужев, расслабленно падая на стул рядом с Николаем, — это дело мы ведём вместе. — И ужасно довольная ухмылка расплылась на его узком, скуластом лице. — Кстати, что это с тобой сегодня?

Под его изучающим взором непроизвольно напряглась, не к месту вспомнив оценивающий взгляд по домашнему костюму с ёжиками. Мурашки легкими наплывами всё ещё пробегали по коже, точно при непосредственном касании Бестужева.

И что за нелепая реакция?!

— А что? — выдавила через силу, вдруг расслышав напряженный голос в голове:

— Он держит меня. Попроси отпустить, я расскажу всё и так.

— Ты сейчас необычайно чувствительна, — с неопределённой загадочностью изрёк Константин, и я почти рефлекторно обхватила себя руками. Он улыбнулся шире. — Да, очень чувствительна.

Разом стало не по себе ещё больше.

— Заканчивай с проверками, — мрачно вставил Николай.