Золотой тролль

Можете не говорить. Сам знаю, старый дурак. Гнать меня с позором, без мундира и пенсии. Хорошо вы этого ублюдка прищучили, а вот я оплошал. Ведь были на теле следы, были, а мне вина налили – и всё, с пьяных глаз и на службу плевать, и на остальное. Можете высказать мне всё, что думаете. Вы правы.

– Здравствуйте, месье Мартен. Чисто по-человечески, не обижайтесь, я с вами соглашусь. Со спиртным вы уже подошли к самой грани. Но эту грань вы не перешагнули и даже поняли свою ошибку. Вы ведь выкинули из дома всё вино, и вот уже который день в рот не берёте ни капли? Мой дед и мой отец учили меня, что людям надо давать шанс.

В отчёте, который я сдал, нет никаких упоминаний, что вы ошиблись в состоянии алкогольного опьянения. Со служебной точки зрения вы чисты. Более того, я позволил себе внести в дело Альбера Ланжевена одно отягощающее обстоятельство. Я высказал предположение, что преступник специально каждый ваш обход района и визит в дом Ланжевенов, пользуясь вашим давним знакомством с мадам и якобы из уважения, угощал вас лёгким вином, чтобы понемногу увеличивая крепость вина, споить дежурного инспектора. А в нужный момент обманом дать очень крепкий алкоголь и притупить вашу бдительность. Прокуратура решила считать моё предположение свершившимся фактом, уверен, что и суд не захочет спорить с прокурором. А отсюда, чтобы пагубная привычка к вину не вернулась, вы как пострадавший на действующей службе можете воспользоваться магическим лечением за счёт управления. Правда в этом случае вино для вас станет недоступно до самой смерти. Ну или же вы, опять же как получивший травму на службе и с учётом вашей безупречной выслуги лет можете официально досрочно подать прошение о выходе на пенсию. В нынешней ситуации вас никто за это не осудит, а проводят с почётом. Что выбрать – решайте сами. До свидания.

Не дожидаясь ответа, Гийом развернулся и вышел на улицу.

Глава 4

Если весь июнь небо и город казались нарисованными нежной акварелью, а солнце осторожно лёгкими мазками красило людей кисточкой весёлого загара, то едва начался второй месяц лета – как солнце превратилось в злую спущенную с цепи собаку, которой сказали «фас».

Жара сводила с ума, кровь вскипала в жилах, едва высунешь нос на улицу. Дышалось как в духовке, мозги и прочие органы мгновенно плавились, а дальше закипали. Добравшись от дома до Управления, первые полчаса рабочего дня все сотрудники растекались по столам и стульям в обнимку с ледяной бутылкой минеральной воды, напоминая высохшие мумии.