Хулиганы города Китежа. ч.2 Дебильный демон

Видно тема для него была неприятная. - Беда что именно такие на алчность падки. И нас ещё могут заразить. Потому и говорят, что если эти покусают, сам станешь волком и людей жрать будешь.

- И что? Неужели такие людей ели?

- Ели... К сожалению. Ради алчности своей. Тех, кто пытался их остановить, пытался защитить от их алчности других людей. Поднимали всю свою волчью стаю на это. Буквально ели. При царях вообще «большими людьми» стали и нас, - всех остальных ведьм и ведьмаков, - гнобить пытались. Потому что у них заводы-газеты-пароходы, а у нас волшебство, гордость и древнее имя.

За что эти волчары и поплатились в семнадцатом. Многих вырезали. Да вот такие как эти и остались. Избегли, так как «не имели, не участвовали...». Но, видно не впрок пошла им наука. Беда... Снова гниль. И снова то же.

- Он тебя не кусал?! - вдруг обеспокоился папа. Коле стало откровенно страшно.

- Не... Не кусал! - Ответил он, но потом, уже когда ответил, вспомнил: что-то же было такое. Как некое ощущение, когда Вовчик толкнул его в спину.

И наручи вдруг нагрелись.

<img src=bajubajushkibaju.jpg>

Глава четырнадцатая. Когда предъявить почти нечего...

После опроса свидетелей и потерпевших, собрались в избе Лешего на небольшое совещание.

Есть железное правило: только что пойманных с поличным преступников надо «колоть» как можно быстрее. Пока они в шоке от задержания. Пока не отошли и не продумали линии поведения и что бы такого соврать. Также и по свидетелям — чем раньше опросишь, тем более достоверную картину происшедшего составишь.

Благо все фигуранты дела были на месте.

Оформили всё достаточно быстро. Да и дело представлялось тривиальным. По сути, браконьеру можно было предъявить браконьерство и покушение на убийство. Что было вполне очевидным. Но у Людмилы Зверевой было своё особое мнение. Хотя она и осознавала, что сверх того, что уже предъявлено, предъявить, собственно, нечего. Впрочем, она считала что ПОКА нельзя предъявить.

Именно это — свои подозрения — она и решила вывалить на общем обсуждении полученных фактов.

- Да, Василий Иванович. Я написала «Особое мнение». Потому что... есть подозрения. - ответила она шефу, когда до неё дошла очередь излагать своё и она закончила с тем, что получила в ходе опроса Адель Ратенфенгер.

- Хорошо. Озвучьте пожалуйста!

Начала она несколько издалека.

- Как вы все знаете, я была свидетелем, участником и, в какой-то мере, пострадавшей от катастрофы, вызванной активацией одного мерзкого артефакта Саламандры.