Одна из рода проклятых сестёр

Как подсунуть девушкам амулеты? Как заставить их украшения не снимать? Можно ли их как-то загипнотизировать? Можно ли подставить к ним фамильяров, которые будут за ними следить сутками напролет? А может, мне следует самолично похитить всех девушек и запереть их в арендованном зале?

Мысли бегали из крайности в крайность. Теперь я рисковала не только стать одной из возможных жертв серийного маньяка, а самым настоящим преступником – новым похитителем или, не дай бог, убийцей. Вот до чего меня довели эти чертовы сестры.

Они либо убивали меня, либо превращали в злодейку.

Из-за таких жизненных невзгод и испытаний мне хотелось рыдать как дитя малое. Нет, ну правда, разве можно так со мной поступать? А как же слова из разряда: «суицид – это не выход»? Разве не это говорят полицейские и семья, когда ты ведешь самого себя к краю утеса или крыше высотки? Почему же тогда мои члены семьи наоборот меня к краю обрыва подтаскивают?!

Спонтанно возникшее в голове желание расплакаться и рассмеяться внезапно натолкнуло меня на странную мысль… А ведь прямо сейчас, пока я упоенно саму себя успокаивала и порицала, недалеко от меня кто-то протяжно и безутешно рыдал.

Нет, не просто плакал, а действительно истерично ревел, выл и стенал, как заведенный.

Из-за усталости я не сразу заметила, что откуда-то доносился прерывистый, но громкий плач. Услышать мне это позволила кровь ведьм, текущая по моим проклятым венам.

Из-за наличия в организме крови ведьм у всех детей рода Роман обостренный слух, зрение, вкус и другие органы чувств.

Связано это с тем, что ведьмы – потомки демонов. Демоны, чтобы вы знали, по натуре сильные твари. Многие из них имеют не одну сотню глаз, не один рот и не одну пару конечностей. Так что сильное тело – это их прерогатива, а значит, что и все остальные, кто произошел от демонов, тоже сильны. Ведьмы, тараканы, вампиры и оборотни – мы сильны и любим скрываться в тени. Вот, что нас всех объединяет.

Я изо всех сил прислушалась. Плач переходил в крик, потом затихал и еще раз повторялся.

Будто ребенок не мог выбраться и кричал, чтобы за ним кто-нибудь поскорее пришел и оказал помощь.

– Погоди… а точно ли это ребенок? – пронзила мой полусонный разум внезапная мысль.

Может, все было только галлюцинациями из-за моего недосыпа, но для меня этот плач внезапно стал звучать слишком отчетливо и отчаянно. Если девушек похищали и уводили через лес, то это бы объясняло, почему их никто не видел, верно?

Недолго думая, я последовала за источником звука.