Проклятый. На пути к Небесам

Яд продолжает распространяться, и подозреваю, когда он доберется до нанокатализатора… ты погибнешь.

Отлично… мало мне Гефеста с его сомнительными заданиями, так еще и дружище огорошил. Да и этот Дантиэль молодец. Ранить – ранил, а предупредить забыл, ну или посоветовать, как быть. Подорожник, что ли, прикладывать? Перекисью полить?

Рухнув на диван, я задрал голову к потолку и громко выдохнул с переходом на отчаянный стон.

С одной стороны, ситуация для меня выгодная. Просто ляг и сдохни. С другой же – пока я не буду уверен, что Анюта в безопасности, а тем более не в лапах этого ублюдка, я буду брыкаться до последнего.

И видит Бог, если себя я спасти не смогу, то любимую в беде не оставлю…

***

Утром мы решили не затягивать и отправиться пораньше. Оил с перелетом справился на ура, прибыли за двадцать минут до полуночи. Главное, чтобы свечение от подъемных двигателей у него под днищем местные не приняли за очередной НЛО. Да, на самом деле Высота-611 существует и находится в непосредственной близости к Дальнегорску.

Рассказ Гефеста о странном крушении в январе 86 года – так же оказался правдивым.

Сначала я не принял слова Оила про яд за чистую монету. Как оказалось зря. Проснувшись утром, я отметил ухудшение самочувствия. У меня начала неметь левая рука, да и общая слабость прибавилась. Черные нити, расползающиеся от раны, заняли почти все плечо, частично перешли на ключицу и предплечье, вырисовывая незамысловатый узор в виде корневой системы.

Я оставил Шелби у подножья горы, где его вряд ли кто-нибудь найдет.

Когда я вышел из машины и закурил, оценивая красоту ночного пейзажа, я хотел врезать себе ладонью по лбу. Я ранен и отравлен неизвестным ядом. В таком случае должно бы Дантиэля этого искать и выяснять, как исправить мое положение. А вместо этого я занимаюсь какой-то херней.

Пока сигарета не закончилась, пытался себя успокоить, что сделаю это дело, и будет у меня еще день-два на разборку с таинственным крылатым персонажем.

Оставив Оила на дозоре, я принялся подниматься.

Время близилось к двенадцати, и невольно вспомнилось, какие байки травила Анюта о том, что в полночь самый пик мистической активности. Якобы один день передает права другому, и пока они не смотрят, в момент этакой пересмены может чего-нибудь произойти. И это «чего-нибудь» - не обязательно хорошее.

Никогда о таком не слышал, оно и понятно. Я городской, а она в деревне всю сознательную жизнь прожила. Мало ли, чего ей бабушка с дедом могли наговорить.