Первый наследник

Рассматривал картину, каждый мазок в ней, старательно делая вид, что он видит саму суть произведения искусства, и всю глубину его художественного замысла. Хотя, готов спорить, это было не так. На среднем пальце молодого человека блестел золотой перстень с семейным гербом, а на указательном отливало пурпурно-алым кольцо силы.

Я про себя присвистнул. Ни хрена себе, перед нами целый гарнд мастер школы Разрушения. Да еще молодой такой. Откуда он тут взялся?

Только успел подумать эту мысль, как Дашков сказал тихонько:

– Князь Мещеряков Дмитрий Васильевич, собственной персоной.

Сказал, и снова стушевался.

– Да что с тобой такое? – Не выдержал я. – Ты же вроде хозяин вечера, так и веди может, себя как надо?

Но Никита только покачал головой.

– Все знают о том, что во мне силы ни хрена нет, – сказал он тихо. – И все смеются. Тот же Мещеряков вон.

Я обернулся, и заметил, что князь ехидно улыбается, глядя на нас с Дашковым. Правда, судя по глазам, был он в легком подпитии, но это его ни разу не оправдывало.

– И что? – Снова повернулся к Дашкову.

– Ну дальше что?

– Я не мог не прийти сюда, – виновато сказал он. – Так отец распорядился. Он сказал, раз я наследник то должен выполнять обязанности… Потому я и позвал тебя сюда, чтоб хоть не так неприятно было.

Собрался было ответить ему, но вдруг нашу беседу прервали.

Глава 9

Князь Мещеряков снова обратил на себя внимание. Сказал, обратившись к Дашкову:

– Приветствую, дорогой Никита – сказал, приподняв бокал с шампанским. – Пью за вас!

Семенов же в присутствии Мещерякова вдруг как-то резко помрачнел и стушевался.

Вмиг куда-то пропал весь его лоск и улыбка хозяина вечера. Он даже отошел на полшага назад, стараясь как будто не попасться на глаза князю.

Дашков сдержанно кивнул на приветствие. Было видно, как он собирается с силами.

– Здравствуйте, Дмитрий Васильевич. Знакомьтесь, – он указал рукой на меня, – Это мой друг, Игорь Игоревич Артемьев, мой однокурсник.

Мещеряков окинул меня оценивающим взглядом:

– Доброго вечера. Студент, значит.

– Изрек высокомерным тоном. – Из благородных, надо полагать.

Что за глупое уточнение? Даже возмутился про себя. Других-то в Академию не берут. Одаренные из простолюдинов владеют магией только до определенного предела.

Я ничего не ответил.

– Никогда не слышал прежде вашей фамилии, – продолжил князь. – Чем занимается ваш род?

Вопрос поставил меня в тупик. Память Артемьева слегка разрушилась в момент перехода, и о семье воспоминания частично утратились.