Дар Смерти

Эльсия задумалась, как выяснить нужный ли перед ней человек. Спросить прямо: не Наталья ли? Впрочем, почему нет.

— Извините, а мы не знакомы? Наташа?

— Нет, я Лена, Вы ошиблись.

— Просто похожи, извините.

— Розы брать будете?

Невезение. Адрес тут тоже не дадут, девушка явно не расположена болтать с клиенткой. Что делать? Прийти завтра? Похоже, выбора нет. Эльсия оплатила розы и вышла из магазина. Время потрачено, а дело не сделано. Придётся вернуться в похоронное агентство и сделать новую попытку завтра.

Эльсия, не заметила, как женщина-флорист наблюдала за ней сквозь витрину и хмурилась.

На улице заморосил дождь, и Эльсия прикрыла глаза, прислушиваясь к пульсации мира вокруг. Тоска, тревога. Любопытный взгляд в спину. Эльсия повернулась и посмотрела на продух подвала, из которого светилась пара кошачьих глаз. Чувствуют, что ж, ей действительно не место тут, не стоит выдавать себя.

Эльсия быстро пошла на работу. На ресепшен стоял начальник и с удовольствием освободил место вернувшейся девушке.

— Задержишься? Там надо пару договоров оформить, — спросил он. Заранее зная, что, да, задержится и всё сделает. Эльсия делала это с начала месяца каждый день после того, как устроилась на работу.

— Да конечно, Пал Сергеевич. Не переживайте, и агентство закрою.

— Ну, не нарадуюсь на тебя. Красивая, молодая, да ещё и работящая, — подмигнул начальник и остановил взгляд на её груди в вырезе пиджака.

Эльсия серьёзно кивнула, флиртовать с начальником она не планировала, да и ни к чему.

Было достаточно того, что он благосклонно относился к её часовым отлучкам, потому что она «уходила» из агентства самая последняя.

После окончания рабочего дня, когда агентство опустело, Эльсия выпила чаю. В еде и питье она не нуждалась, но приятно почувствовать вкус пусть и дешёвого чая. Прикрыла глаза и убедилась, что поблизости никого нет, закрыла дверь агентства и растворилась в сумерках апрельского вечера.

Очнулась от острой боли в затылке и села в гробу.

Это случилось! На улице темно, до утра долго.

Она стояла на ресепшен, когда зашёл высокий худой мужчина лет сорока. Отросшие вьющиеся волосы торчали дыбом, бледный лоб прорезали глубокие морщины, но глаза оказались совсем мальчишечьи, смотрели весело и с любопытством. По одежде мужчину можно было принять за маргинала: потёртая кожаная куртка, выцветшие джинсы и ботинки с поцарапанными носами и глубокими заломами.

Мужчина оказался следователем полиции.