Эликсир

«Те, кто ведают рождение и смерть, силой природы бессмертия достигают».

— Мирт, это она!— вздрагиваю точно меня по спине огрели чем то тяжёлым. Я перевожу взгляд с книги, что подрагивает от волнения в руках и вижу, как в комнату входит никто иной, как тот жирный тип с крысиной мордой, что сломал мне жизнь.

Внутри все обрывается. За секунду по мозгу проносятся электрические импульсы и нейроны дают понять, что я в ловушке. В его крошечных глазах плещется ненависть, кулаки угрожающе сжимаются. Я отчётливо слышу едкий запах насилия в комнате, он исходит от него.

— Вот мы с тобой и встретились,— мерзкий скрипучий голос режет по венам. Жидкие волосы, что облепляют потный лоб мужчины вызывают у меня приступ тошноты. Он широким шагом победителя входит в библиотеку. Бен переводит взгляд со старика на Мирта видимо решая, кого вырубить первым. Потом бросается ко мне огораживая от них.

Всем видом кричит: «Чтобы добраться до неё нужно одолеть меня!»

Интересная реакция... кто он? Рыцарь в доспехах или взбешённый лесничий? Почему-то ни один из предложенных мозгом образов так и не подходит к нему.

— Господин, вы позволите?— осведомляется Мирт перекатывая округлую склянку в пухлых пальцах.

— В этот раз нет права на ошибку! — отвечает зловеще старик, от его голоса кровь в венах леденеет.

Мирт быстро, насколько может позволить его неповоротливое тело, направляется к нам, Бен тут же отпихивает меня назад. А Варун скучающе погружается обратно в кресло.

— Фламм смотри, — он кладет птичку на ладошку, открывая ей обзор на все происходящее,— твой хозяин наконец-то избавится от древнего проклятья.

Я нервно дышу вспоминая все заклинания о которых читала, все ритуалы, что знала. Но страх парализует, я чувствую себя снова четырнадцатилетней глупышкой.

«Он снова отберёт у тебя книгу, а потом убьёт! Ты не можешь этого допустить!»

Время замирает, будто желе на тарелке медленно подрагивает.

Старик вскакивает.

— Книга, — сотрясающим пространство басом командует Мирту.

Мирт кидается в мою сторону, но книга, как и письма, что отправлялись мне ранее, рассыпается прямо на глазах. У меня в руках ничего, кроме парочки тлеющих лепестков фиалки.

За окном высоко в небе сияет Луна. Последняя ночь перед Самайном, она и без того внушает ужас.