Чумные псы

Недолго поискав щипцы, он погнул вилку, а затем вылез на пожарную лестницу и попытался подцепить щеколду через дыру. Инструмент вышел кошмарный, но Енох ограничился и таким. Главное было не пустить в квартиру посторонних.

Засучив рукава, он взял тряпку и принялся отмывать с пола кровь вместе с частями внутренностей зеленых орков. В очередной раз отжимая ее в ведро, он вдруг наткнулся взглядом на большую прямоугольную коробку, вероятно, упавшую со стола во время драки. Перевернув ее, Енох обнаружил вывалившийся чек, выписанный портным вчерашним днем.

Кровь размыла слова и цифры, но он смог разобрать свое имя и еще два обрывка фраз — «если Джхути» и «в Пер-Уаджит». Недоуменно нахмурившись, он снял крышку и приподнял тонкую хрустящую бумагу. Из-под нее на него смотрел новый черный костюм-тройка.

Что-то заныло у него под ребрами, так тоскливо и мучительно, что Енох упал рядом с камином, прижался лбом к коленям и лежал так, пока это ощущение не ушло.

____________________

Несмотря на дальнее родство, гномов Енох недолюбливал.

Приятен ему был разве что Хауфр — адвокат Ламеха, прямолинейный и быстрый, как выстрел в голову. Не успел Енох переступить порог его конторы и приподнять шляпу перед секретаршей, как старый гном позвал его в кабинет, будто именно ему предстояло стать вестником печальных новостей.

— Земля скорбит вместе с тобой, мой мальчик, — сказал Хауфр, закрывая за ними дверь. Обычно Енох бы оскалился, фыркнул или хотя бы раздражённо дёрнул ушами, но после вчерашних событий всё в нём опустело и потухло, как в годы до встречи с Ламехом.

Пробормотав в ответ нечто невразумительное, он подошёл к широкому адвокатскому столу и только после вежливого покашливания заметил, что по привычке встал за креслом для посетителей. Садиться на место, предназначенное Ламеху, было до странного неловко — как, впрочем, и стоять, защищая призрака. Сжав кулаки, он нехотя опустился на бежевый бархат, положив на колени серый сверток.

— Думаю, ты уже знаешь, зачем я пришел, — мрачно бросил он.

— Знаю, — Хауфр вытащил стальной портсигар с выгравированными на крышке молотом и киркой — любимыми символами гномов. Енох находил ироничным, что даже те из них, кто в глаза не видел шахт, стремились заполучить хоть что-то, о них напоминавшее. Они с адвокатом вытащили по сигарете и какое-то время молча курили, пока Хауфр не нарушил молчание тяжелым вздохом. — Ламех значительно облегчил нам жизнь, оставив завещание, — он скосил глаза на орка.