Том 1. Рождённый для войны

В идеале – работать синхронно. Мой водитель до перехода ко мне служил в Русском экспедиционном корпусе, где состоял в команде, выполняющей задачи по защите разных персон и объектов. Методы работы твоих телохранителей знает и в их схему встроится легко.

– П-поняла. Извини, сглупила.

– Да ничего страшного. Тогда давай ты спрашивай, а я пока пойду отпрашивать нас.

Сразу, как Оля их покинула, Михаил подошёл к Брасикову и спросил:

– Илья Ефимович, можно вас на минуту отвлечь?

– Да, конечно.

– А можно, если вам Оля на сегодня не нужна, я у вас её заберу? Съездим в город, развеемся, там хоть пляж нормальный, а не санаторное затхлое кислое болото под присмотром занудно-моральных кикимор, которые так и ищут себе жертву?

– Эк как вы их, – рассмеялся старый художник.

– Впрочем, именно так про этих старых грымз и надо. И не смотрите осуждающе, я тоже старый и мне про них можно говорить честно. Да забирайте, – и он хитро посмотрел на Михаила. – А вообще, я ждал от вас этого вопроса ещё вчера, но давал вам время самому решиться до завтра. Забирайте Олю с концами. Что нужно, она наконец освоила, пусть хотя бы остаток лета отдохнёт.

***

По распоряжению Михаила, их машина специально выбрала дорогу со стороны въезда через старый город. И тем забавнее было смотреть на выражение лица Оли. Едешь – и внезапно вот он, город, а в километре проедешь – и не заметишь.

– Странная застройка, – удивилась девушка. – Обычно дома строят высоко и ровно, а эти как кучей навалили, и дома вдобавок такие низенькие, словно к земле прилипли, а крыши будто сплющены.

– Здесь нет снега, а ровного места мало, потому крыши все и плоские, – пояснил Михаил. – И эта часть города строилась ещё во времена Суворова. По Крыму тогда нередко ходили ватаги степняков-грабителей, эти и в Россию ездили, и своих могли запросто ограбить. Все аулы по балкам и по ущельям ставили, чтобы случайному чужаку не было видно издали.

– Ага, поняла. Первый раз такое встречаю.

Два месяца в Крыму и ничего не видела, оказывается. Мы всё по районам новостроек жили, а оттуда на машине на побережье сразу рисовать.

Автомобиль специально не стал углубляться далеко, а высадил их почти на окраине старого города. Радовало, что хотя техника в Российской империи застряла ближе к середине двадцатого века, нравы и отношения в некоторых вещах были намного ближе к двадцать первому веку той же Российской Федерации.