Том 1. Рождённый для войны

Всё получилось с первого раза: Михаил шестым чувством и словно невидимой рукой ощутил и прикоснулся к прозрачной плёнке заклятья, пузырём окутывавшего внутреннее пространство игорного зала. Отлично. Чуть дольше, чем планировалось, но память тела и разум наконец-то окончательно соединились. Теперь всё, что Михаил тренировал в Библиотеке, он сможет повторить и здесь.

В остальном хотя Михаил и не был особым специалистом по подобным местам, однако, на его взгляд, их окружала стандартная картина. Множество столов, за которыми сидели игроки.

Часть людей не играла, а перемещалась по залу, поглядывая на партии других, развлекая себя разговорами и алкоголем. Официанты ловко скользили меж господ, разнося напитки и закуску. А ещё в воздухе слоями плавал табачный дым, в котором ощущались хорошо знакомые нотки марихуаны. Даже если сам никогда не употреблял, не познакомиться с запахом закуренного косяка парню из девяностых было почти нереально. Втянув наркотическую вонь, от которой разом защипало ноздри, Михаил сморщился и дал знаком понять, что здесь не останавливаемся. С девочками он расстался лишь в следующем зале, где было нечто вроде релакс-зоны с кожаными диванами, фонтанчиками и кадками пальм по углам. И главное – хрустально-чистым кондиционируемым воздухом.

Михаила же сопровождающий повёл в дальнюю часть здания и потом на второй этаж, где располагались административные помещения. И стандартный до зубовного скрежета, узнаваемый во всех мирах кабинет директора конторы средней руки.

Владельца заведения Михаил знал по «воспоминаниям из будущего», но уже сейчас данный господин был весьма упитан, вальяжен и всем своим видом показывал, что он тут самый уважаемый человек. Иллюзий ни по его поводу, ни насчёт романтизации преступного мира Михаил не испытывал, но сейчас Ругимов был именно тем, кто нужен. Для него существовал один главный принцип – максимизация прибыли при минимизации издержек. А отсюда пока возможно, он предпочитал жить по закону или на грани закона и держать слово. Так как при бизнесе вдолгую жить по правилам намного выгоднее, чем при полном беспределе. А репутация человека, который держит слово, лишь когда ему одно место заправили в тиски и готовятся завернуть ручку – верный путь быстро примерить деревянный макинтош, положенный всем беспредельщикам. Но при этом при наличии соответствующих обстоятельств Ругимов без зазрения совести займётся любым криминальным бизнесом, если это станет выгоднее, чем соблюдать закон.