Том 1. Рождённый для войны

Луну закрыло облако, да и вообще море понемногу волновалось. С тоской посмотрев на страницы зубодробительного юридического крючкотворства, Михаил неожиданно решился на эксперимент. Взял два листа воспоминаний и совместил. О чудо – различия между воспоминаниями вспыхнули ярко-алым пятном. Это сильно упростило работу, в этот раз он управился быстро.

Вернувшись, Михаил недовольно посмотрел на хозяина кабинета. Во взгляде сложились и усталость из Библиотеки, и очень трудный день. Такое состояние ещё называют «хочется дать кому-то в бубен и неважно кому».

– Руслан Валерьевич. Зная вас, я был уверен, что один раз вы меня попробуете на прочность. Никаких претензий и обид с моей стороны. Но второй раз? Что за ерунда с разделом десять? Мы ведь договорились его сохранить в прежней редакции, вы и так по нему получали...

– Простите, Михаил Юрьевич, – искренне удивился Ругимов. – Но и меня он устраивал, я не давал указания его трогать. Минутку.

Хозяин кабинета ушёл и вскоре вернулся мрачный.

– Знаете, Михаил Юрьевич, мне, кажется, опять вас придётся благодарить.

Крыса с моей стороны. Один из тех, кто работал с моей стороны над договором, и я ему вполне доверял, решил сделать на нашей сделке маленький личный гешефт. Очень шустро сообразил, нехороший человек. Буквально пока мы с вами договор обсуждали. Я уже решил эту проблему. И приказал, чтобы больше про него я не услышал. Потому предлагаю приступать.

Когда машина нырнула обратно в темноту промзоны и резво побежала в сторону здания Геральдической палаты, девочки наперебой начали расспрашивать Михаила, как всё прошло.

– Просто отлично, – и он широко заулыбался. – Многие забыли, что боярский род – это не фамилия, а наша кровь. Да, орифламу мы на какое-то время потеряем, но она не исчезнет. Господин Ругимов поможет нам сохранить то, что можно сохранить. А когда мы вернём право на орифламу...

– Что ты ему пообещал? – спросила Аня. – Место в клане?

– Он не предаст? – обеспокоенно добавила Маша.

– Ему крайне невыгодно нас предавать.

Потом, когда мы возродим род, я намекнул, что готов помочь с образованием вассальной, но самостоятельной дворянской семьи под нашей защитой. А он хочет не войти в чей-то клан, а создать именно свою семью.

На самом деле открыто они про это не говорили, но вдохновлённый тем самым пунктом одиннадцать-два, Ругимов и в самом деле закинул удочку насчёт помощи с дворянством. Михаил также намёком ответил, что готов посодействовать. Сам же мысленно посмеялся.