Том 1. Рождённый для войны

За широким «директорским» столом, заваленным бумагами, сидел уже начавший полнеть, благообразный, усатый и абсолютно седой старик, похожий на переодетого генерала – вот только на нём была чёрная монашеская ряса. Митрополит Иосиф, один из влиятельнейших членов Синода, а ещё, по слухам – синодальный обер-прокурор, в ведении которого был поиск ересей и внутренний надзор за нарушениями священников и монахов. То, что он уже согласился принять Михаила, было очень хорошим знаком.

– Доброго вам вечера, владыко Иосиф, – поклонился Михаил.

– И тебе доброго вечера, благополучия и здравия, чадо, – к удивлению гостя, священник тоже встал и перекрестил парня, как бы благословляя. – Готов выслушать тебя, раб Божий Михаил, какие печали и радости привели тебя ко мне. Но сначала позволь выразить соболезнование тебе и сёстрам твоим, за смерть родителей ваших. Пусть да покоятся они с миром, а Господь простит им грехи вольные и невольные.

– Благодарю вас, владыко, – Михаил подошёл к столу, достал бумаги и вручил их священнику.

Тот взял листы, сел на своё место и, нацепив очки, быстро пробежал текст глазами.

– Интересно. И что вы за это хотите, молодой человек?

Наверное, надо было подыграть на это изменение тона и стиля общения в сторону деловой сделки. Но Михаил так вымотался за последние дни, причём не физически, а морально, что изображать растерянного и ничего не понимающего подростка у него уже не осталось сил. Поэтому он ответил:

– Говорят, что перед тем, как закончить жизнь земную и шагнуть в жизнь небесную, должно оценить дела свои, чтобы искупить грехи вольные и невольные.

Эту бумагу меня просили передать родители, чтобы искупить свой большой грех, совершённый по скудоумию. Они пусть и поздно, но поняли свою ошибку и постарались её исправить. Апостол Матфей предупреждал нас, что если мы взаймы даём тем, от которых надеемся получить обратно – то ничем не отличны мы от грешников, что дают взаймы грешникам, чтобы получить обратно столько же. И сказал он же – взаймы давайте, не ожидая ничего. Потому не должно мне просить чего-то во искупление грехов чужих.

Митрополит Иосиф неожиданно встал и снова перекрестил Михаила:

– Благодарствую за истинно христианское бескорыстие, сыне. И да простятся рабам Божьим усопшим грехи их, вольные и невольные. И пусть дарует Господь тебе и сёстрам твоим жизнь светлую и хорошую, ибо испили вы уже чашу горечи до дна. Так пусть эта чаша будет последней горечью, а дальше господь дарует вам счастье. До свидания, сыне.